Я тебя не знаю

Не скажете в двух словах…

– Молодой человек! – не дал ему договорить Синицкий. – Все есть в документе. Некогда мне тут с вами рассусоливать – ночь на дворе. Идите с Богом!

– До чего вредный старик, – проворчала Аня, когда они вышли на ночную улицу. – Может домой?

– Рано. Надо Матвеева дождаться. Он вот-вот должен быть.

Пройдя по опустевшему Управлению, Никитин добрался до своего кабинета. Не став зажигать верхний свет, он включил небольшую настольную лампу и сел в продавленное кожаное кресло. Оно тихонько скрипнуло, принимая на себя вес хозяина.

Достав из ящика стола папку с делом, Андрей вытащил из него две фотографии.

– Так… что мы имеем… – заговорил он, нарушая тишину. – Три девушки. Имена двоих до сих пор не установлены. Чую, с третьей будет то же самое.

– Почему они так похожи? – Аня тоже разглядывала фотографии. – Раньше я не обращала внимание, но сейчас… Смотри, первая с третьей будто родные сестры! У второй волосы более темные, потому, наверное, я не замечала раньше.

– Сомневаюсь.

Сходство довольно отдаленное, как по мне. Просто один типаж. Вот, взгляни на заключение, – он подвинул листок ближе к сестре. – У первой девушки вторая группа крови с положительным резусом, а у третьей – четвертая с отрицательным. Никак они не могут быть сестрами.

– А может они дальние родственницы? Троюродные сестры, например? Тогда группа крови не имеет значения!

– Может. Но своей генетической лаборатории у нас нет, а в столицу везти – займет две недели. Пока мы возимся – он еще кого-нибудь убьет.

Хотя, я все же поговорю с Палычем. Вдруг ты права.

– Так и знал, что найду тебя здесь! – раздался от входа бодрый голос Матвеева.

– Где же мне еще быть? Тебя дожидаюсь. Рассказывай!

– А нечего, – развел руками Сергей. – Все перетряхнули – результат нулевой.

– Может хоть следы есть? Не по воздуху же он прилетел?

– А следы там, милый друг, только твои! – припечатал Матвеев. – Не мог аккуратнее что ли? Вроде не первый день работаешь, а натоптал-то…

– Да я вроде по стеночке… – смутился Никитин, доставая сигареты.

Курить в кабинете было нельзя, но, если никто не видит, да еще хорошенько проветрить потом… Старая стеклянная пепельница с отбитым когда-то краем была водружена на стол, и мужчины дружно закурили.

– По стеночке, – передразнил Матвеев. – Ладно, держи фотографии.

Он выложил на стол снимки. Выбрав один, где лицо девушки было в наиболее удачном ракурсе, Никитин приложил его к вытащенным ранее двум другим.