Я тебя не знаю

– Хорошо, зайдем с другой стороны: если вы видите призрак сестры, то правильно ли я понял, что она уже не в мире живых?

– Да, она мертва, – Андрей скривился – грудь кольнуло.

– Давно?

– Примерно двадцать пять лет.

– Это довольно долгий срок, – доктор вновь сделал запись в ежедневнике. – Как вы думаете, почему она явилась вам именно сейчас?

– Это я и хочу узнать с вашей помощью.

– Сколько вам было лет, когда её не стало?

– Десять или около того. Я плохо помню то время.

– А причина смерти?

Никитин задумался.

– Не помню. Просто белое пятно в воспоминаниях, – он поднял глаза к потолку, будто надеясь там найти ответ.

– Ясно. Пока поговорим о другом. Ваши родители? Они живы? Как перенесли потерю дочери?

– Родители умерли еще раньше. Автокатастрофа.

– Сколько вам было лет, когда погибли ваши родители?

– Десять. Да, точно. Десять.

– Так, давайте проясним. Сколько времени прошло между смертью ваших родителей и смертью сестры?

– Месяц, может, два… Я точно не помню…

– Как вы думаете, смерть вашей сестры была насильственной?

– Я не…

– Не помните.

Никитин сначала замер, потом часто-часто заморгал, пытаясь сдержать набегающие слезы.

– Вот, возьмите, – Док бесстрастно протянул Андрею коробочку с бумажными платочками.

– Спасибо, – Никитин не умел плакать. Раньше не умел. Видимо, научился. Но до чего же было противно распускать нюни перед посторонним! Ему, тридцатипятилетнему мужику! Да еще Аня сидит на ручке кресла и хохочет в кулак.

Вытерев слезы, Андрей бросил платок в урну.

– Я не знаю, Док. Не помню. Может, мне не сказали? Тогда много всего произошло: сначала похороны родителей, потом сестры, детдом… Могли же ведь не сказать?

– Могли. Но, судя по вашему состоянию, причина появления вашей сестры кроется именно там, в прошлом. Вы были близки с ней? Любили её? Опишите ваши отношения.

– Я любил ее, да. И сейчас люблю. Мне её не хватало. Мне кажется, мы были очень близки.

– Я тоже люблю тебя, братик. – смахнула призрачную слезинку Аня.

– По идее, я должен доложить о вашем состоянии, пока вы никому не навредили. Или самому себе, – доктор постучал ручкой по столу. – Но делать я этого не стану, ясное дело. Поступим так: нам с вами нужно понять, что случилось там – в вашем детстве. Поэтому предлагаю прийти ко мне на сеанс гипноза.