Зимний пейзаж с покойником

И зачем туда пошел сам покойный? Быть не может, чтоб никто ничего не видел и не знал!

Рюхин покачал головой:

– Все говорят, что ничего не видели, – думаю, не хотят связываться со следствием. Но это пока! Стоит только про кого-то одного узнать, что он отлучался и, возможно, именно туда, куда не надо, как он сразу начнет защищаться. Тут же про другого вспомнит, а тот с перепугу про третьего – и пойдет мотаться клубочек. Принцип домино очень часто срабатывает в таких многофигурных ситуациях!

– Ладно, теоретик, поглядим, – согласился майор.

Самоваров почти продиктовал:

– Я был в бильярдной. Один. На часы не глядел, но время я чувствую отлично. Еще подумал: «Уже одиннадцать, а у меня и конь не валялся». К утру я должен смонтировать все панели, а тут толкотня, суета. Вот почему я обрадовался, когда мои товарищи-художники разбежались кто куда: Тошик Супрун пошел с младшим Еськовым хлопушки пускать, а Алявдин – в каморку к охраннику.

– Зачем? – спросил Рюхин.

– Выпить, наверное. Если так все и было, эти четверо могут друг другу подтвердить алиби. Зато меня как раз никто и не видел – разве что стук молотка слышали. Так что я имел возможность отлучиться и совершить убийство. А вот мотив… К чему мне смерть Еськова? Панели для бильярдной я закончил, только одну и осталось смонтировать.

– Может, вы недовольны вознаграждением? – с надеждой спросил Рюхин.

Стас только махнул рукой:

– Ладно, Колян, спасибо! У нас тут еще целая толпа подозреваемых, на всю ночь хватит.

– С родственников начнем? – спросил Рюхин, листая свой блокнот.

– Родственники – это само собой. Но у нас тут рядом сидят художники, вся эта компания из подвала. Коля говорит, они вечером друг с дружкой общались. Давай-ка быстренько у них алиби проверим!

Первым из творческих работников был вызван в диванную Серега Иванов. Охранник-дворник был скромен, послушен, толково отвечал на все вопросы. Цвет лица был у него невинный, пунцовый.

– Когда бабы закричали, я снег этот е…й убирал. Я уже говорил про это сто раз, – стоял на своем Серега. – А перед тем со Степанычем у себя сидел – замерз, как хрен собачий.

– Чего замерз-то? – делано удивился Рюхин.

– Так целый день на дворе! Ё…й снег этот валит и валит, а хозяевам выезжать завтра. Заметет дорогу на х…, потом х… расчистишь.