Цена дороги домой, или Вместе навсегда

 – Дарина решила как можно скорее выяснить, что от нее хотят и уйти.– Думается, ко мне дело есть?

– Есть! – староста склонил голову на бок, снова осматривая фигуру магини, не таясь и с явным удовольствием. – Ну, коль так хочешь то пошли.

Спустившись с крыльца, он пошел сперва со двора, а потом и вовсе из хутора.

– Меня, кстати, Стяжиль зовут. А тебя?

– А я пусть буду просто магиня. Всем так удобнее. – Дарина решила, что много чести ему представляться. Ей вообще не нравилось, что они уходят от жилых домов ближе к реке.

– Уже пришли, – хмыкнул на ее отказ назвать имя староста.

Стояли они у нескольких больших сараев, к которым вела дорога от хутора, а от них отходила дорога в сторону речки.

– Это наш склад. Тут хранится все, что мы продаем. – увидев недоверие в глазах Дарины снизошел до пояснения, – вон дорога к реке, по ней мы в Столицу все свозим, там сдаем, а что надо себе покупаем.

– А я тут зачем?

– Понимаешь, какая штука. Уж больно последнее время крысы одолели. Мы ж и зерно, и мясо, и сыр возим. Свезем все за несколько дней сюда, чтоб поближе к реке, а потом в один день на лодки грузим и плывём. Вот последнее время стоит оставить, так треть товара порченная. А кому ты продашь сыр, который крыса жевала? Вот и прошу у тебя помощи, раз ты умеешь с животными управляться – убей всех крыс.

Дарина удивилась такой кровожадности. В принципе было понятно, что от нее хотят. Сразу в голове всплыла сказка про волшебную дудочку, с помощью которой утопили войско крыс.

Ничего себе.. она вспомнила… пусть сказку, но… сам факт.. это сразу подняло настроение.

– А сколько за работу?

– Ну, коли увижу, что крысы уходят то дам тебе золотой целый, и вообще не обижу, – последнюю фразу староста сказал с таким выражением, что сразу стало понятно, что готов он отплатить собою и не раз.

– Я берусь. Покажи мне деньги.

Стяжиль молча достал из маленького кармашка на жилетке одну золотую монету.

– Отойди. Я выполню свою работу, ты мне отдашь деньги, и я сразу уйду. – поставила перед фактом Дарина.

Отвернувшись, она не увидела ухмылку старосты, привыкшего ни в чем себе не отказывать. А сейчас он хотел эту женщину.