Последняя тайна тамплиеров. Рыцари Бургундии

Я понимаю, что обидел вас. Я прошу у вас прощения дядя Антуан, и у вас, дядя Раймонд.

– Мы прощаем вас, Анри. После обеда я вас накажу. А сейчас идите и переоденьтесь в чистую одежду.

Анри кивнул и пошел в свою комнату.

– Может, на первый раз простим? – спросил Раймонд, когда Анри ушел.

– Нет, – решительно возразил Антуан. – Думаю, что Мелиса его баловала и ни разу не наказывала. Нужно было его забрать раньше. И придется держать его в руках, без дисциплины при дворе ему будет нелегко. Лучше я накажу его здесь, чем он постоянно будет наказан при всех при дворе.

– Как считаете нужным. Как вы его накажете?

– Розги ему не повредят.

После обеда аббат кивнул Анри.

– Вы можете пока быть свободны. Будьте в своей комнате.

– А когда будет наказание?

– Вы спешите? Я вас позову, когда придет время.

Анри вернулся в свою комнату. Он не знал, чем заняться, к тому же его пугало предстоящее наказание и он хотел, чтобы уже все осталось позади. Ожидание наказания еще хуже, чем само наказание.

– Дядя, я прошу вас уже применить наказание, и забудем об этом случае.

Аббат удивился такой поспешности.

– Хорошо, Анри. Вас Мелиса наказывала?

– Нет, никогда.

– Значит, вам будет больно. Вы получите десять ударов розгами. Помните: вы будете воспитываться при дворе герцога Бургундского. И за малейшую провинность там применяют розги. Это тоже формирует характер будущего рыцаря. Никто не знает, куда занесет вас судьба. Поэтому вы должны мужественно принимать наказания и учиться терпеть боль.

– Хорошо, дядя. Я постараюсь мужественно перенести боль.

– Тогда пойдем.

Аббат провел его в комнату, где был диван.

– Снимайте штаны и ложитесь на живот.

Анри выполнил приказание, а аббат тем временем принес розгу. Анри почувствовал страх. Он лег на живот, крепко зажмурился и весь напрягся, ожидая первый удар. Аббат замахнулся и ударил его по ягодицам, но не сильно. Анри вздрогнул, но не крикнул. Следующие удары были чуть посильнее.

– Вставай, Анри. Ты мужественно перенес наказание, и я горжусь тобой, – аббат больше не сердился и опять называл Анри на «ты». Будущий рыцарь поднялся и быстро оделся. Его глаза были красными от слез.

– Нет, дядя. Я заплакал. Я не мужественный.

– Для первого раза ты даже очень мужественный и смелый.