Хроники Престижного района

А эта девочка, так похожая на Аню… Она дичится его, стесняется. И так привязана к маме!

Он предложил, пусть поживёт с бабушкой, когда появится маленький, станет не до неё! – И чуть не потерял свою Аню на этом. Больше не заикался.

Оле вопросов не задавал. У неё было чувство, что он изучает её, как внезапно появившегося в доме зверька, или вообще непонятное существо. А мама спрашивала:

– Как в школе, ты подружилась с кем-нибудь?

– Они меня в упор не видят.

– Ничего, увидят ещё, куда денутся!

Сегодня увидели, сразу двое.

Дома она непременно рассказала это маме и бабушке, и они посмеялись бы вместе. Но здесь, когда Леонид Павлович стоит у косяка…

Сейчас они сядут за стол, потом она уйдёт к себе, а мама с ним останутся на кухне мыть посуду.

Назавтра в школе Артём нормально общался с Олей, не было стеклянного барьера, как раньше.

– Ты на автобус?

– Да.

– На какой?

– Всё равно, мне три остановки.

– А мне – две. Вы переехали из центра?

– Из Обнинска. Летом ремонт заканчивали, спешили, чтобы я в школу успела.

– Семья большая?

– Бабушка там осталась, дома. А здесь – мама, отчим и я. Лучше бы меня с бабушкой оставили!

– Хорошо, что не оставили. Это же Москва! Автобус идёт. Диктуй свой телефон.

– Есть, конечно.

– Тогда я жду на твоей остановке завтра в одиннадцать. Я пиццу развожу. В будни вечером, а в выходные – днём. Поездишь со мной?

– Конечно, с удовольствием!

За ужином спросила:

– Мам, я хочу завтра на велике покататься. Можно?

– Я думаю, сначала нам надо поездить вместе, одна ты заблудишься.

– Я не одна, мне Артём предложил покататься. Мальчик, мы с ним за одной партой сидим.

Мама с Леонидом Павловичем переглянулись.

– Возвращайся к обеду, часа в два, мы тебя подождём.

– А велик внизу, в гараже?

– Здесь нет гаражей, парковка под домом. В кладовке твой велик.

– Достанем завтра, не волнуйся, – сказал Леонид Павлович. Оля посмотрела на него. Он впервые с приезда заговорил с ней.

После завтрака поднялся первым из-за стола:

– Пойдём, посмотрим, всё ли в порядке с твоим великом.

В лифте, кроме них, никого не было.