Отбор в Академии Стихий. Принцесса для Высшего

Примороженный смотрит мне в глаза, наверное, пытается понять, смогу ли я выполнить то, чем угрожаю. Наконец, кивает:

– Хорошо. Эй, Гарди, поди сюда!

Главный наставник обители подбегает с подобострастным выражением на физиономии. Толстяк сейчас похож на дворовую собачонку, виляющую хвостиком и одновременно дрожащую. Его жировые складки трясутся как холодец.

– Я оставлю эту женщину здесь, – кивок в сторону моей мамы. – Она будет заложницей. Если её дочь попытается сбежать по дороге в столицу, я вернусь. И горе тебе, если эта исчезнет.

Ты меня понял?

– Да, сиятельный! – хрипит наш боров, лицо его наливается кровью.

– За неделю мы доберёмся до столицы, через две можешь вернуть этой женщине обычную свободу… в рамках обители.

Маг поворачивается ко мне:

– Ты поняла?

Я молча киваю.

– Теперь ты будешь хорошей девочкой?

Я снова киваю. И чувствую, как исчезает патока, сковывающая меня. Осторожно пробую вывести крошечный огонёк на ладонь так, чтобы не увидел примороженный. Огонь слушается, а маг снова ухмыляется.

Он всё видит.

– Ну что ж, так даже лучше. Твою мать никто не тронет, пока ты покорна. Женщина, собери своей дочери всё, что нужно в дорогу. Мы отправляемся сейчас.

Вещей у меня немного: две лёгкие запасные туники, теплый плащ на все случаи жизни и пара ботинок на холодное время года. Всё это завязано в тугой узел. Подруги пытаются вручить мне корзинку с провизией, но инспектор останавливает их презрительным жестом.

– В этом нет необходимости.

Неожиданно для меня, он разрешает мне проститься, обнять мою мамочку.

Я чувствую, как содрогается от неслышных рыданий её тело в моих объятиях, и пытаюсь сдержать слёзы. Это трудно, но мне удаётся. Впереди неизвестность. Мне нельзя показывать слабость. Я уже продемонстрировала силу, и только поэтому моя мама будет жить.

– Прости, мам, я так виновата.

– Это должно было случиться. Такой дар, как у тебя, трудно долго скрывать. Береги себя.

– Я всё равно сбегу, только не сразу. Я смогу.

– Нет, раз уж так получилось, научись управлять своим даром.

Стань лучше всех. И вернись высшей.

– Разве женщины могут стать высшими?

– Асида же была.

– Ну, мам, это легенда.

– Так и стань легендой. В тебе дар от…, – она силится что-то сказать, но голос ей не повинуется. Печать немоты. Так было всегда все эти годы, на любые мои расспросы об отце. Но на меня этот запрет не распространяется, и я помогаю ей:

– Дар отца?

Вижу по глазам, что мама силится хотя бы кивнуть.