Огненная для дракона

Вот она-то своего не упустит. Я почувствовала боль в ладонях. С трудом разжала их, с удивлением увидела след от собственных ногтей.

Некоторое время я сидела, растирая дужки вмятин подушечками больших пальцев, и злилась на себя. Если глаза на мокром месте, нужно просто разозлиться. Очень помогает.

А ещё лучше вспомнить советы дяди Сигмара:

«Если что-то тебя встревожило, расстроило, если в душе гнев, бери лук и стреляй, пока подряд девять стрел не лягут точно в центр».

Когда-то, ещё при моём деде, он возглавлял гарнизон замка.

А когда состарился, и его место занял Ингар, для Сигмара нашлось не менее важное дело – учить новичков стрельбе из лука и арбалета. Именно он взялся и за моё обучение.

Поэтому берём в руки себя и лук.

Далеко идти не придётся. Площадку для стрельбы я попросила оборудовать прямо здесь, на поляне за беседкой, в стороне от чужих глаз. Её и имел в виду отец, когда запретил мне охоту.

Девять стрел в центр. С первой попытки получилось положить рядышком только три, остальные разбрелись по мишени.

И злиться бесполезно. Злость, гнев, переживания сбивают дыхание. А, значит, и рука становится не твёрдой.

Со второго захода пять. Уже лучше, Тэффи. Просто дыши спокойнее.

Восемь. Я почти молодец и почти успокоилась. Вот только для такого расстояния я выбрала более мощный лук, и руки уже устали.

Сейчас я вряд ли попаду девять раз подряд, только потому что пальцы мечтают побыстрее отпустить тетиву. И никакие напальчники не спасают.

Дядя Сигмар ушёл к Асхару год назад, но, как ни странно, при воспоминании о нём я испытываю только светлое и лёгкое чувство.

Иногда мне кажется, что он стоит рядом и строго смотрит на меня, если я ленюсь.

Вот и сейчас, когда дыхание успокоилось, а лишние мысли ушли из головы, у меня появилось искушение остановиться на восьми попаданиях. Но, нет, я вздохнула и заставила себя пойти собирать стрелы. Хорошо меня вымуштровал старый лучник. Мне всего десять лет было, когда я пристала к нему с мольбой научить меня стрелять.

Он не стал отказывать, но сразу же предупредил: «На одну тебя тратить время не буду. Хочешь учиться – учись вместе со всеми. Но никаких поблажек. Будешь ныть – пойдёшь шить-вышивать».

Вот так. «Шить-вышивать» я не любила. Девять, значит, девять. Только отдохну немного.

Руки перестали дрожать, и я решительно настроилась на последнюю попытку.

Щелчок тетивы. Свист. В центр. Мир сузился до чёрной точки на мишени. Вторая стрела легла на указательный палец.