Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

Ох, и когда он успел избавиться от одежды? Муж заполнял меня очень бережно, медленно, ломая себя, не позволяя ворваться вглубь, и я чувствовала, как трудно ему сдерживать свой огонь.

– Ты слишком осторожен, – шепнула я, двигаясь навстречу, сплетая свою воздушную стихию с его, вдыхая запах хвои и огня с терпкой ноткой моего мужчины.

Всё, что он позволил себе, – ещё один жёсткий поцелуй, врываясь в мой рот языком со всей силой и страстью.

Пришлось действовать самой, опираясь на его плечи, чувствуя поддержку одной его руки, помогающей поймать ритм, и пальцы другой, снова добравшиеся до самой жаркой точки, где скрутились в вибрирующий узел три стихии.

Замираю, пытаясь продышаться. У меня получается расслабиться там, где всё сжалось в комок, но облегчение мимолётно. Стихии распространяются по телу, чередуя обжигающие и охлаждающие потоки, снова скручиваются в тугой узел, и из этой бесконечно глубокой бездны поднимается волна неги, невыносимо яркая, ослепляющая, перекрывающая дыхание. Я выгибаюсь, сжав в себе Роу, принимая в себя его последнее движение.

Мы замираем, сотрясаемые одной на двоих мощной вибрацией, и перестаём существовать, когда, сорвавшись с пика, поток наслаждения обрушивается на нас, размывая на мелкие песчинки.

А потом Роу долго нежит меня, завернув нас обоих в огромное тёплое одеяло, словно в кокон.

Просыпаюсь я на рассвете от холода. Во сне я сбросила одеяло, а мужа рядом нет. С некоторым недоумением я оглядываю незнакомую комнату, с трудом вспоминая, что мы должны были ночевать в каких-то гостевых покоях.

И в этот момент до меня откуда-то издалека долетают отголоски гнева. Роу в ярости.

Вот что опять случилось?

Толкнулся внутри малыш, напомнив мне, что теперь не только я переживаю за мужа, но и кое-кто за отца. Я погладила животик.

«Спокойно, папа у нас горячий. Мало ли кто мог его раздраконить.»

Угадать невозможно. Мысли, в отличие от эмоций, не прочитать. И хвала Асхару. Я даже к тому, что все мои настроения становятся сразу же известны, привыкнуть не могу.

Так не должно быть. Каждый человек должен иметь возможность уединиться.

Ну да, ну да, насчет себя я это очень хорошо понимаю, а вот то, что я чувствую мужа мне похоже не мешает.

Нет, его мужские секреты мне не нужны, а вот во время занятий любовью, это просто волшебство – чувствовать его желание и видеть, как он откликается на каждое моё. Внизу живота сладко потянуло.

И почти сразу же скрипнула дверь.