Убийство в Café de flore

Неожиданно пришла мысль, что ее каштановые волосы такой же длины и цвета, как и тот волос-улика, который он подобрал на крыше. «Что если Мадлен сама притащила туда камень? А может быть, никакого камня и не было, как и попыток ограблений? – закралась неприятная мысль. – Тогда зачем было поднимать весь этот шум? Нехватка внимания? Глупости. Она – модель».

– Вуаля! Вспомнила! – Мадлен проглотила, наконец, мороженое с ложечки и, сделала щелчок пальцами. – Так и есть! На модном показе одна из амбициозных моделей, которая должна была завершать шоу, подвернула на подиуме лодыжку.

Режиссер посмотрел на меня и дал команду стилисту. Финальный выход в самом красивом платье достался мне. Это все.

– Подумай еще. – Алекс был сосредоточен, пытаясь проникнуть, казалось, в суть сидящей напротив его девушки. Его глаза, словно два луча рентгена изучали ее: правильные черты лица, открытый, чистый взгляд больших глаз, пухлые губы. Располагающая, красивая внешность. «Где ты, моя интуиция? Спишь? Нет. Она не могла все это подстроить.

Зачем? Нет мотива».

– Да, еще был случай связанный с той же моделью. Вместо нее – все из-за того злополучного финала шоу, на обложку «Vogue» попала я, а не Вивьен.

– Ты можешь пригласить эту девушку под любым предлогом, например, в это же кафе?

– Постараюсь. – Она улыбнулась, приветствуя жестом, подходящую к столику Кэтти.

Своим появлением рыжеволосая бестия, как ее называл про себя Алекс, заставила оглянуться официантов и сидящих рядом за столиками людей.

Говорящие о чем-то офисные работники с ноутбуками, замолчали и заулыбались, глядя на девушку в ярком желтом платье с пышной юбкой. Словно солнце, Кэтти озарила своим появлением все вокруг. Вместо приветствия она почти пропела:

– Этим летом Париж пахнет цветами, перемешиваясь с запахом свежего хлеба, дорогого парфюма и жареной кукурузы! – Она засмеялась и обменялась с подругой «французским» поцелуем.

– Ты сегодня поэтична и прекрасно выглядишь, Кэтти! – отметила ее появление Мадлен.

– Всегда поднимаю себе настроение серым утром яркими цветами одежды, хотя для Парижа это нонсенс.

– Ты права! – засмеялась Мадлен. У нас шутят, что если парижанка одета вместо черного в серое – она очень смело и ярко оделась.

Поскольку разговор между подругами проходил на французском, Алекс терпеливо ожидал, когда закончится «птичий щебет», как он называл их общение. Затем деловым английским предложил ценить время.

Кэтти сообщила, что обошла два этажа.