Мы назовём её Возмездие

 – Но нас же не просто так предупреждали быть поаккуратнее с тобой.

– Кто предупреждал?

– А что ты хочешь? Ты сваливаешься как снег на голову, и думаешь, тебя с оркестром встречать будут? Конечно, капитану это не нравиться! – она сделала ещё пару глотков своего странного напитка. – Ему и так немало трудов стоило сработать нас в команду, а ты даже курс подготовки к миссии не прошла!

– Что за гадость ты пьёшь? – меня передёрнуло от вида этой густой жижи, стекающей каплями по её стакану.

– Сбитень из шарая с полбой, – невозмутимо отхлебнула из стакана она.

– Нет уж, спасибо.

Надежда внешне была подчёркнуто спокойна и невозмутима, но длинные пальцы её нервно подрагивали.

– Я тебе не нравлюсь только потому, что меня прислали так неожиданно? – поинтересовалась я. – Потому что это не моя вина. Меня поставили перед фактом, что я лечу сюда и дали на сборы всего четыре часа.

– Четыре часа. А тебе самой не кажется странно, что тебя прислали сюда таким образом? Без подготовки, не дав даже собраться?

– Почему странно? Я же журналист.

– Потому что это слишком опасно для тебя. И ты ставишь в опасность и всех нас, всю миссию.

Я перевела взгляд на массивный браслет биоконтроля на её руке. А она на мою тарелку.

– Это весь твой обед?

– Нет. Мне просто захотелось сладкого.

Она некоторое время молча наблюдала, как я расправляюсь с пастилой.

– Извини меня. Я не хотела тебя обидеть, – неожиданно сменила тон она. – Я бываю резкой. Я исправлюсь, обещаю.

– Да мне не привыкать, – пожала плечами я. – Журналистов никто не любит.

– Дара, ты только не вздумай выяснять отношения с капитаном, – она одарила меня неожиданно ласковым взглядом, светящимся почти материнской заботой. – Любит, ненавидит – это всё ерунда. Он занят важной работой, и сюрпризы от Генриха его точно не радуют. Не лезь к нему, просто делай то, зачем прилетела.

– Он не очень ладит с Генрихом? – догадалась я, припомнив реакцию капитана на упоминание этого имени. – В этом всё дело? В том, что меня прислал именно Генрих?

– Возможно, – равнодушно пожала плечами она, допивая свою жижу. – Поэтому, ты громкими именами зря козыряешь. Здесь это ни на кого не действует.

– И чем Генрих его обидел?

– Это ты у нас журналист. Я в чужие отношения не лезу. Ладно, у меня ещё куча работы, а конференция уже завтра.