Придворная роза

Джон Брэндон! Значит, ей не померещилось, и это все-таки был он. Увидев его, Селия приподнялась было с табурета, но тут же опустилась. Она похолодела с головы до ног.

При виде ее его яркие небесно-синие глаза, которые она когда-то так любила, широко раскрылись. И на краткий миг ей почудилось, что в их глубине промелькнуло некое чувство. Уголки губ тронула улыбка. Но тут же на эти глаза опустилась завеса, и в них уже нельзя было прочесть ничего, кроме модной нынче в обществе скуки. Он никак не показал, что узнал ее.

– Вот и вы, сэр Джон, – произнесла королева Елизавета. Она жестом подозвала его и протянула руку для поцелуя, над которой он склонился с чарующей улыбкой, предварительно отвесив наицеремоннейший поклон, заставив королеву рассмеяться.

– Ваше величество затмевает само солнце, – сказал он. – Вы даже среди зимы несете нам тепло и свет.

– А вы невозможный льстец, – со смехом ответила королева.

Селия слишком хорошо помнила эту его улыбку, помнила, как она смеялась и краснела, когда он улыбался ей.

Правда, тогда его улыбка полускрывалась в короткой бородке. Теперь Джон был чисто выбрит, изящные линии его прекрасного лица были полностью открыты.

Уголком глаза Селия заметила, как кое-кто из фрейлин захихикал, а кто-то томно вздохнул. Она сама прекрасно помнила, как таяла и расцветала от его улыбки. Но это было очень давно, и, поддавшись магии чар Джона Брэндона, она испытала на себе их болезненные последствия.

– Сэр Джон, это мистрис Селия Саттон, которая тоже отправится в Шотландию, – произнесла Елизавета и понизила голос: – Сведения, которые она станет передавать вам, вы будете незамедлительно переправлять мне.

И вам также надлежит позаботиться о ее безопасности в Эдинбурге.

Лицо Джона слегка омрачилось, словно задание не слишком его обрадовало. Что касается бедной Селии, то она была в полном замешательстве и отчаянии. Сердце у нее оборвалось. Ей придется путешествовать с ним? Секретничать с ним?

Ее охватило безумное желание вскочить с табурета, крикнуть, что она отказывается выполнять поручение королевы, и выбежать из комнаты.

Но ей пришлось заставить себя остаться на месте. Она так крепко прикусила губу, чтобы удержать крик, что почувствовала привкус крови. Королеве не перечат. Да и бежать ей некуда.

Зато морщинка на лбу Джона разгладилась так же быстро, как и возникла. Он вновь поклонился и сказал:

– Я покорный слуга вашего величества.