На другом берегу

– Господин Кемаль! Господин Кемаль! – что есть силы закричала я.

Отец обернулся и сквозь темноту, увидел мой ошалелый взгляд, полный отчаянья. Он сошел со ступенек, на которые успел подняться и медленным шагом пошел к забору. По мере приближения его лицо вытягивалось, в глазах промелькнуло узнавание, подернутое плохо скрываемым волнением.

А я, вглядываясь в его знакомые черты, понимала как мы были с ним похожи. Тот же нос, те же губы. Только глаза у меня были мамины.

Когда он подошел совсем близко к забору, с моих губ сорвались слова:

– Привет папа, это я, Айлин!

* * *

Эмре, подгони машину! – отец крикнул водителю.

 – Пойдем! – немного резко, сказал мой отец и взяв меня за локоть, мы вышли на улицу.

В машине мы ехали молча. Я сжалась в комок, боясь пошевелиться. Вдруг он сейчас где-нибудь выкинет меня, как драного котенка и уедет в неизвестном направлении? Но автомобиль затормозил у вычурного ресторана.

Ресторан был огромным.

Большой зал делился на зоны. Освещение было мягким и не давило на глаза. За фортепьяно сидел музыкант и играл легкую непринужденную музыку.

К нам подлетел управляющий рестораном, в накрахмаленной белой рубашке и со сверкающей лысиной.

– Господин Кемаль, добро пожаловать! Пройдемте к вашему столику!

Он засеменил в тихую и более спокойную часть зала, скрытую от любопытных глаз.

Проходя к столику, я обратила внимание, что люди вкушающие изысканные блюда, смотрят на нас, а некоторые даже оборачиваются.

Надеюсь, это не из-за моего бордового платья? Надеюсь, оно не смотрится слишком дешево для этого места? Господи Айлин, как будто тебя это когда-то волновало!

Отец быстро заказал какие-то закуски, названия которых я не смогла понять, так как не особо была сильна в турецкой кухне.

Я попросила заказать себе просто чай.

– Айлин, ты так похожа на маму, – кротко сказал отец.

– Мне мама говорила обратное, что я копия ты, только вот глаза ее и с этим не поспоришь, – я грустно улыбнулась.

– Почему вдруг ты решила приехать? Прости, не пойми меня не верно, я очень рад твоему приезду, и я ошеломлен. Это очень неожиданно для меня, – отец нервничал. Я видела, как на высоком лбу проступила испарина. Я разглядывала его. Его лицо, его красивые карие глаза, обрамленные тонкими морщинками, его с проседью черные волосы. У него были аккуратные руки с длинными пальцами.