Анариель и земли артефактов

Я ахнула от того, что весь небосвод был покрыт сеткой, словно защищая Гелу от каких-либо вторжений. От нее вверх поднимались тонкие лучи, тающие в пространстве.

На темнеющем горизонте зажигались звезды, тая в проступающем зеленовато-голубом свете, исходящем от Элы. Ее яркие блики отдавали надеждой и печалью у меня в сердце. На глаза набежали слезы. Я немыслимо скучала по Аглару, томительно переживала за судьбу королевства и дворца. Да что уж говорить? Я волновалась даже за старушку Мирилду, стычки с которой вносили в мою жизнь не только желание приструнить колкую на язык женщину, но и радость и смех.

Тяжело вздохнув, я кое-как отлипла от окна и посмотрела на наполняющиеся темнотой покои.

Словно по мановению волшебной палочки в комнате зажглась сверкающая люстра, а на светильниках, развешанных на стенах, зарделись огоньки, мало напоминающие кристаллы, которыми было увешаны и обставлены аквийские земли, кроме Ванн.

Там до сих пор предпочитали свечи, факелы и горящий очаг, считая световые кристаллы, чем-то бесовским, не меньше.

Осторожно ступая между осколков, чтобы не пораниться, я осмотрела тонкое произведение искусного мастера и заключила, что на Геле давно пользовались электричеством.

Красивая комната утопала в ярком свете и казалась мне музеем из-за вычурного интерьера и сусального золота, сверкающего в каждом углу.

Обойдя весь периметр, я прошла в гардеробную нишу, рассчитывая найти за ней сундуки, хотя бы с какими-нибудь вещами или на крайний случай, свое красивое платье, но ни сундуков, ни намека даже на легкий пеньюар, там не оказалось.

Крайне негостеприимное отношение к пленнице-королеве!

Мои глаза готовы были метать молнии и разбить все что можно в этой комнате, но умный Мёбиус предусмотрительно утащил все из покоев, дабы это не превратилось в крошево из стекла и фарфора и не осело на его голову точным ударом.

Пыхтя как суанский дракон, я снова подбежала к двери и яростно в нее заколотила, надеясь на разум Мёбиуса и на понимание, что с женщинами, коих он так величал и уважительно нежно описывал, нельзя было держать в таких неподходящих условиях.

Пусть все тут было до тошноты роскошно, но никак уж не функционально. И, к слову, я жутко захотела есть.