Анариель и земли артефактов

Особенно мне взбесило, что после брошенных слов Мёбиуса, он, как и подобает чародею просто испарился в воздухе, не удосужившись выслушать мой ответ на его слова.

Я не осталась в долгу перед ним и от злости оборвала портьеру. После чего, конечно, пожалела, так как ярко-малиновый свет от отражающейся на небосводе решетки слепил в глаза и приходилось закрываться подушкой.

Я ругала и считала себя до невозможности глупой, поддавшись на провокацию и думая о том, что Мёбиус так легко и просто отпустит меня, сопроводив в дорогу чудным гелийским нарядом и тарелкой съестного.

Ну да, ну да! Конечно!

Разве можно быть такой наивной, Анариель?

Всю ночь и последующие дни, я мучилась от непрекращающихся дум, охвативших мою голову тугим кольцом. Пришлось смириться с мыслью, что мне придется проявить свои шикарные актерские таланты. Но по крайней мере, Аенгрох поверил в них, так почему же и Мёбиус не поверит?

Только одно дело так подумать, смириться, а другое дело исполнять.

– Ужасная качка!

Из череды моих мыслей, меня вывел писклявый голос Яниса.

Его зелено-белое лицо, говорило за него сполна.

Белая рубашка была наполовину расстегнута, обнажая худенькую грудину, поросшую мелкими кучерявыми волосками. Молодой человек, которому не везло в азартные игры, оказался еще и слаб здоровьем, и морская болезнь накатывала на него с каждой новой волной.

Мёбиус рассмеялся, словно наслаждаясь мучениями друга и мысленно развернув яхту, повел ее к вылезающим из-под воды высоким скалам, которые образовывали что-то похожее на пещеру.

Волны как раз стихли и Янис смог выдохнуть и расслабленно откинулся на спинку стульчака.

Ганора самозабвенно пила шампань и в этой поездке нашла себе друга по интересам в лице Гхагвуда, который не отставал от нее и заливал в свой большой рот бранди, налитый в увесистую фляжку, на которой был выгравирован незамысловатый символ.

Ветер чуть стих и дымка, закрывающая свет от Сувара, рассеялась и показала куски голубого неба, с плывущими по нему розоватыми облаками.

Чуть обернувшись, я увидела побледневший силуэт Элы. Там отражались озера и реки, а еще виднелись высокие шапки гор. Вздохнув и пообещав себе вернуться, я натянула на лицо улыбку и сладко потянулась, картинно наслаждаясь свободой в том виде, которой меня одарил Мёбиус и, что греха таить, прекрасным видом и морской гладью.

– Марти, это место так красиво! – превозмогая страх от плавания и пытаясь распрямить кудри одной рукой, выдала Нинетта.