Мечта цвета фламинго

 – Жаль, что это совпадение, а не настоящий Тарасов, правда, Нинка?

– Почему же совпадение? Он самый и есть! Михаил Иннокентьевич, бизнесмен и депутат!

– Ладно врать-то! – отмахнулась Фаина и раскрыла рабочий журнал.

– Я не вру! – усмехнулась Нина. – Раз вы в окно глазели, то неужели не видели, какая меня машина подвозила?

– Ну… вообще-то… тачка, конечно, была крутая… – растерялась Фаина.

– Да вон она и до сих пор на том же месте стоит! По-моему, это не «мерс»… «Хонда», что ли? – сказал, прихлебывая у окна свой вечный утренний чай, ведущий инженер Лактионов.

Женщины моментально собрались у окна. Нина, осторожно выглянув из-за спин сослуживиц, увидела, что Тарасов, стоя к ним лицом, с очень решительным, как на своих портретах видом, говорит по мобильному телефону.

– Точно! Настоящий Тарасов! – Фаина метнулась к столу, вытащила из-под стекла календарь с его портретом и приложила для сравнения к стеклу оконному. – Вылитый! Нинка! Где ты его оторвала? Ой! А курточка-то у тебя какая! А под ней и платье какое-то новое! Класс!! Только не говори, что все это тебе подарил Тарасов!!

– Конечно, не он, – сказала Нина и не соврала, потому что платье было подруги, и куртку наверняка покупала Светка, а не Михаил Иннокентьевич.

– Неужели вы не видите, что Нина Николаевна прикалывается! – с полным сухого печенья ртом заявил Лактионов. – Наверняка она голосовала, и он ее просто подвез.

– Вы, Виктор Иваныч, когда-нибудь видели, чтобы в метро голосовали? – как можно ядовитее улыбнулась ему Нина.

– Ах да, вы же на метро ездите! – не менее ядовито улыбнулся в ответ и Лактионов. – Запамятовал, понимаешь! Ну, тогда у меня есть другая версия: вы выходите из метро и бросаетесь под эту тачку специально, чтобы нас уесть!

– Знаете, Виктор, вы не стоите таких жертв с моей стороны! Ведь если бы я чуток промахнулась при бросании, вы не чай сейчас пили бы, а собирали бы мне на венок. И я представляю, какую дрянь вы мне купили бы, если бы вам это поручили!

– Нинка! Да не слушай ты его! Он же специально! Расскажи, какой он, Тарасов?

– Если честно, то на самом деле он – женщина! – все еще улыбаясь, сказала почти чистую правду Нина.

– Ну, не хочешь, можешь и не говорить! – обиделась Фаина.

Нина еще раздумывала, что есть правда, а что нет, когда в лабораторию вошли их сослуживица Валентина и начальник Сергей Игоревич. Фаина тут же раздумала обижаться.