Страна, которой нет на карте

Мужчина довольно легко и бесшумно, словно кот, вскочил на ноги и молча ретировался, плотно прикрыв за собой дверь нашего номера. Видимо, румын решил попробовать шведский вариант семейных отношений.

Окончательно проснулась я уже утром от упорного стука в дверь. Соседняя кровать была пуста, похоже, Татьяна меня не добудилась, и завтрак я проспала.

Заспанная, так и оставшаяся на всю ночь одетой, я встала и открыла дверь. На пороге номера стоял мужчина в форме. Хотя сознание мое еще было заторможенным, но яркое впечатление от приема румынских пограничников, хорошо застряв в моей памяти, тут же высветилось с новой силой.

Но хорошо приглядевшись и заметив виноватый вид мужчины в форме, я узнала приятеля своей соседки. Как оказалось, он работал на железной дороге, а форма на нем была железнодорожника.

Неудачливый соблазнитель, извинившись, что якобы перепутал кровати, просил не рассказывать никому о ночном инциденте.

Там же, на берегу моря, я успела погреться под светом чужих софит: в длинном, со множеством вагончиков, трамвайчике меня приняли за какую-то местную знаменитость. Когда мы всей дружной компанией вошли в трамвайчик, по вагончикам прошелестел заинтересованный шумок, и множество голов повернулось в нашу сторону. Такое пристальное внимание к моей особе ввергло нас в замешательство, и проехав пару остановок мы вынуждены были покинуть излишне доброжелательное общество пассажиров – нас озадачила неизвестная причина столь откровенного ко мне интереса местной публики.

Однако, даже стоя на улице мы ловили взгляды из проходящих мимо нас вагончиков, а некоторые, видимо не совсем культурные пассажиры, показывали пальцем в мою сторону. Как ни разглядывал со всех сторон меня Витька – ничего порочащего «облико морале» советского человека не обнаружил. Но и позднее он не оставил своих усилий добиться истины и выудил из обслуживающего персонала отеля, что причиной чрезмерного интереса ко мне пассажиров было потрясающее внешнее сходство с известной румынской певицей.

А вот самое приятное – это шопинг. Ведь именно для этого нам щедро обменяли на румынскую валюту триста рублей (две средние советские зарплаты инженера, учителя или врача).