Я пойду за тобой

Нет, за Польку он будет бороться до конца, и наверняка еще постарается выставить ее подруг в таком свете, что они окажутся просто подлыми завистницами, готовыми оклеветать честного человека. Нда, дела…

– Хорошо, Поля, я пойду с тобой на эти занятия, – вздохнула Саша, отодвигая тарелку с кожурой. – Только при одном условии…

– Давай, говори уже, чего потребуешь взамен? – вздохнула девушка с притворной досадой, откидывая густую длинную косу на спину. – Но имей в виду – коллекцию календариков и кофеварку я тебе все равно не отдам, ни при каких условиях, даже не проси.

– Ладно, кофеварку свою с календариками можешь оставить себе, что я зверь какой-то, что ли. Но пообещай, что пироги ты печь не перестанешь. Обещай! – сделав страшные глаза, потребовала Саша. – Клянись на мукЕ, что плюшки и курники по-прежнему будут встречать нас в твоем доме.

– Ох, Сашка, без ножа режешь, – теперь Полинин вздох не казался наигранным. – И зачем тогда нам шейпинг, если потом пирогами будем набивать животы, подготовленные для шашечек пресса?

– А вот надо, потому что вкусно.

Даже Иза готова злоупотреблять ими, а ты знаешь, как она печется о своей фигуре.

– Да уж, ее фигура – ее хлеб, – кивнула Полина, подвигая подруге чашку с чаем.

– Но даже от этого хлеба она отказывается ради твоих пирогов. Так что, мать – да здравствует сдоба! Из твоих рук – что угодно!

– Отлично, завтра без двадцати восемь буду ждать тебя у входа в школу. В спортивном костюме.

– Что, уже? Так быстро? И надышаться перед смертью не дашь?

– Конечно! У нас соглашение, ты забыла? Я твое условие выполню, и дело теперь за тобой.

– А мужчины-то там хоть будут? – Саша умела делать такие умильные мордочки, что не рассмеяться было не возможно, и Полина не удержалась, хихикнула.

– Только один – тренер.

– Правда? А конкуренток, то есть занимающихся, много?

– С тобой – человек двадцать.

– Многовато. Ладно, на месте прикинем, разберемся.

Полина обошла стол, желая заключить подругу в свои объятия, как делала всегда, но Саша вдруг дернулась и отстранилась.

Она отвела взгляд, смущаясь от того, что ее действия выглядели по меньшей мере нелепо и странно, но не могла сейчас обниматься с подругой, пока скрывала от нее страшную правду. Девушка деликатно сделала вид, что ничего не заметила.

– Все будет хорошо, Сашка, – проговорила она тихим голосом, будто это Саша нуждалась в поддержке.

Саша заставила себя улыбнуться, но улыбка вышла неестественной и какой-то жалкой.