Тропою истины. Сага о Виннфледах 3

2.

– Ты не убил Дракона, потому что он знает, где прячутся остальные боги? – Финн влетел в кабинет Кендрика, почти снеся со своего пути дежурную ведьму, караулившую у двери. – Сверр с ними?

Мираробелли медленно поднял голову от бумаг, что лежали перед ним, и молча уставился на блондина. Стоящая рядом с Повелителем Айседора тоже отложила документы и недоумённо обернулась на Финнварда.

Финн если и стушевался, то быстро взял себя в руки: на кону жизнь братьев, медлить в такой ситуации было просто грешно.

– За освобождением Сверра стоят боги. Кобальт! Но ты ведь это и так знал? – по мрачному лицу Тёмного Феникса можно было догадаться, что он в курсе подобного поворота. Финнвард беззвучно выругался. – Ты не собирался нам рассказать? Что с тобой не так, Кендрик? – в голосе Фицджеральда слышалось неприкрытое отчаяние. Он сжимал кулаки и тяжело дышал, пытаясь успокоиться.

– Финн, тебе лучше выйти, – как можно мягче произнесла Айседора, спеша уладить вероятную катастрофу. Выразительно указала глазами на дверь.

Но блондин решительно замотал головой.

– Я хочу найти своих братьев. Я поклялся Адель и Астрид, что отыщу Моргана и Эйрика. Мы с Коди привели к тебе Дракона, Кендрик. Почему ты просто не мог с нами поговорить? – Финна сверлил Тёмного Феникса угрюмым взглядом и с каждой секундой распалялся всё сильнее. – Просто сказать, что Сверра освободили боги. Ты ведь знаешь, что я в щепки разобьюсь, но помогу тебе: и парней найду, и богов уничтожу, если понадобится.

Кендрик несколько минут сверлил незваного гостя тяжёлым взглядом, а затем молча кивнул помощнице на выход.

Если Айседора и была против, то перечить не рискнула.

Стоило двери закрыться за девушкой, как Мираробели заговорил тихо и вкрадчиво. Неспешно поднялся из-за стола и шагнул в сторону Финнварда.

– Ты считаешь разумным врываться в мой кабинет и бросать обвинения мне в лицо, Финн?

Финнвард на мгновение ощутил, как по коже пробежал мороз. От Тёмного Феникса веяло угрозой и тяжёлой энергией; Мираробелли был спокоен, но это и делало Кендрика опасным в эту самую секунду.

Любой другой из ковена уже признавал бы вину и пытался смягчить Повелителя. Но Финнвард не зря стал частью семьи Фицджеральд и частично успел перенять от супруги и Конрада присущее профессорам бесстрашие и наглость. А потому, перебарывая нарастающий в душе дискомфорт, шагнул прямиком к Фениксу и ответил на пронзительный взгляд хозяина обители.

– Я твой друг, а не часть ковена.