Игра в человека: Сага о Виннфледах

***

– Уверены, что это Харальда? – между собой шептались знахарки, вытирая новорождённого мальчика.

– Прислужница говорит, перед отплытием ярл провёл время с этой, так что…

– Харальд в любом случае его признает. Сама видишь, как помыкает бедным. Скажет, твой, и всё, – посетовала повитуха. – Но мальчишка хорошенький. Сильный такой, ладненький, – женщина подняла кроху к небу, потом сбрызнула водой и только после поинтересовалась: – Мамаша, как звать будем?

– Мне всё равно. Придумай сама и забери от меня подальше, – демоница не удосужилась даже взглянуть на ребёнка.

Старшая повитуха покачала головой и обратилась как бы к своим соратницам, но так, чтобы Эдна отчётливо всё слышала:

– Моего брата звали Эйрик. Он был славным воином. И верным товарищем отца Харальда. Думаю, нашему молодому ярлу понравится.

Эдна не отреагировала. Этот малыш ей однозначно был не нужен. Как, впрочем, и остальные.

Глава 5 Магия

1.

Эдна смотрела на жмущегося под её взглядом Финнварда и не знала, от отчаяния или от ненависти орать на мальчишку, что посмел её так подставить.

– Мамочка, пожалуйста, прости, я не знаю как… – мальчик растирал по красным от материнских оплеух щекам слезы и дрожал.

Эдна взмахнула рукой, призывая умолкнуть. Сжала виски и сделала несколько глубоких вдохов.

Два года прошло с момента рождения последнего ребёнка. Маленькие выродки наконец-то стали более самостоятельными, и Эдна думала, что можно расслабиться… Но Финн учудил такое!

– От тебя одни неприятности, Финнвард! – прошипела суккуб, не обращая внимания, как вздрогнул и сгорбился крошечный человечек от её слов.

За окном бегали и галдели трёхлетки-тройняшки, а в люльке сопел двухлетний Эйрик. Бросить их и уйти? Какая Эдне разница, что смертные сделают с этими полукровками, главное – она останется цела.

Эдна скрежетнула зубами. Нет, побег не сулил ничего хорошего.

– Мамочка, прости, – Финнвард снова завёл своё, и Эдна не выдержала, срывая злость и растерянность на ребёнке.

Наказывать это жалкое беспомощное существо было отрезвляюще приятно. Эдна вспомнила, как собственная родительница не раз била её тонкой хлёсткой палкой за нарушение правил, и усмехнулась.