Сюрприз

– Это верно. Позвольте мне высказать несколько наблюдений, полученных на основании собственного опыта. Я продукт союза, начало которому положила грандиозная плотская страсть. Но когда страсть остыла, остались горечь, гнев и сожаление.

В глазах Имоджен отразилось нечто, похожее на сочувствие. Она порывисто шагнула к Маттиасу, затем в нерешительности остановилась.

– Простите меня, милорд. Я не знала, что это для вас такой больной вопрос.

– К сожалению, было уже слишком поздно расставаться. – Очевидно, Маттиас взял себя в руки, и голос его окреп.

 – Моя мать была беременна мной. Ее семья настаивала на браке. Семья отца хотела заполучить наследство матери. Это была сделка дьявола. Мой отец так и не простил мою мать. Он заявлял, что она обманом заставила его жениться на ней. Мать же не могла простить отца за то, что он соблазнил ее, а затем обвинил во всех грехах.

– Какое печальное детство у вас было!

В его глазах появилось удивление.

– Напротив, я считаю, что история отношений моих родителей помогла мне многое узнать, мисс Уотерстоун.

– Тем не менее не приходится сомневаться, что вам был преподан суровый урок. – Внезапно ей пришла в голову новая мысль: – Вы говорили, что собираетесь вступить в брак сейчас, когда вы получили титул? Попытаетесь найти свое счастье в браке?

– Можете в этом не сомневаться, – твердо сказал Маттиас. – Намерен вступить в брак, который будет построен на более существенной основе, нежели дурацкие романтические бредни и похоть.

– Да, понятно, – пробормотала Имоджен.

Маттиас взял из ее рук голубовато-зеленую чашу и стал сосредоточенно рассматривать.

– Я ищу невесту, наделенную здравым смыслом, а не девчонку, чья голова забита романтическими стишками… Умную, здравомыслящую женщину. Такую, чтобы не бросалась вслед за каждым поэтом со взором горящим.

– Понятно.

Как же она ошибалась в отношении этого человека, с горечью подумала Имоджен. Созданный ее воображением Колчестер Замарский был человеком тонким и романтичным.

Реальный же Колчестер был явно консервативен и приземленных взглядов.

– Удивительно, сэр, когда я посылала за вами, была убеждена, что у нас с вами очень много общего.

– Разве?

– Да. Но сейчас я вижу, что глубоко заблуждалась. Пожалуй, трудно отыскать двух людей, которые столь отличались бы друг от друга, не так ли, милорд?

Маттиас ответил неожиданно сдержанно:

– В некоторых отношениях – пожалуй.

– С моей точки зрения – во всех отношениях.