Тэсс

Вскоре он проник внутрь и, изо всех сил стараясь не шуметь, стал пробираться к своему месту, но у самого изголовья его постели что-то шевельнулось, и он невольно вскрикнул.

– Да что же это, в самом деле? – отозвался на его крик Сергей. Он схватился за мобильник и направил луч света прямо в лицо Кириллу. – Это ты? – недовольно спросил он. – Когда же ты, в конце концов, угомонишься?

– Там… Там… – еле выдавил из себя Кирилл и вытянул вперед руку.

Сергей посветил туда, куда показывал Кирилл, и увидел свернувшуюся в клубок черную с желтым пятном в основании головы змею.

– Кыш, пошла отсюда, – почти добродушно проговорил Сергей и махнул на нее рукой.

Змея подняла голову и зашипела. Однако это продолжалось недолго. Вскоре незваная гостья из кольца вытянулась в ленту и выскользнула из палатки. Проводив змею взглядом, Сергей с укором посмотрел на соседа, но ничего не сказал и рухнул на постель. Через секунду Кирилл уже слышал в темноте его ровное дыхание. Он с благодарностью посмотрел на соседа, который прогнал змею, и залез в спальный мешок.

Сам он не то чтобы боялся, а испытывал к пресмыкающимся необъяснимое отвращение. Особенно когда они находились от него совсем близко.

«Что со мной не так?» – вздохнул он, устраиваясь поудобнее и припоминая все шутки и подколы, отпускаемые его друзьями. Мало того что он сторонился всякой живности, населявшей окрестности лагеря, но также не переносил укусы комаров, из-за которых по его коже расползались красные пятна, а глаза превращались в щелочки, и он становился похожим на китайца.

А еще он терпеть не мог крупные куски лука в тарелке и тщательно вылавливал их из супа под недоуменные взгляды местной поварихи.

Сергей же, по мнению Кирилла, был лишен этих, да и всех остальных, недостатков. В лагере его сосед был всеобщим любимцем: сильный, решительный, с хорошим чувством юмора и отличным аппетитом. Кирилл в душе завидовал ему и все время сравнивал с собой. «Вот бы мне такой характер, – думал он, – тогда бы я показал всем».

Мысли о Сером вскоре рассеялись, и Кирилл задремал.

Ему опять приснился сон, но это была уже не голубоглазая принцесса, а толстая мороженщица с ярко накрашенными губами. Она протянула Кириллу трубочку с мороженым, но, когда он потянулся к ней, отдернула руку, затолкала мороженое себе в рот и демонстративно зачавкала. От обиды и неудовлетворенного желания Кирилл сглотнул слюну и проснулся.

Через щели в палатку проникали лучи солнца. Судя по всему, уже наступило утро.