Обольщение

Однако когда Джулиан в сопровождении фермеров обошел скотные дворы и конюшни, совершенно не обращая внимания на свою модную одежду и начищенные сапоги, и сделал ряд дельных замечаний, у них сложилось мнение, что Рейвенвуд прекрасно разбирается в фермерстве.

Софи тоже приняли тепло, особенно после того как она поворковала с пухленькими младенцами, а потом в глубокой задумчивости свела брови, увидев больных, и посоветовала использовать местные травы в домашнем лечении. Иногда Джулиану приходилось терпеливо ждать, пока его жена давала рецепт сиропа от кашля или средства от желудка для жены фермера.

Казалось, он с удовольствием вынимал соломинки из волос Софи, когда она, закончив дела, выбиралась из приземистой хижины.

– Я вижу, из вас получится прекрасная жена, – заметил он мимоходом на третий день их путешествия. – На этот раз я сделал удачный выбор.

Софи постаралась скрыть свой восторг при этих словах и даже не улыбнулась.

– Судя по вашему замечанию, вы полагаете, у меня есть определенные качества, чтобы стать достойной женой фермера.

– Если отбросить все наносное, то, по сути, я и есть фермер. – Он оглядел ландшафт с гордостью человека, осознающего себя хозяином всего, что его окружает. – Хорошая фермерская жена меня бы вполне устроила.

– Вы говорите так, будто я когда-нибудь стану образцом совершенства, – тихо заметила Софи. – Но не забывайте, я уже ваша жена.

Он одарил ее дьявольской усмешкой:

– Нет еще, моя сладость.

Все работники Эслингтон-Парка были прекрасно вышколены, и Софи внутренне вздрагивала, когда слуги чуть ли не кидались со всех ног, выполняя приказание Джулиана. Они явно побаивались нового хозяина, но в то же время гордились службой такому важному человеку.

Они слышали рассказы о его горячем жестком характере от кучера, конюха, слуги и горничной, сопровождавших лорда и леди Рейвенвуд, и не хотели бы испытать этот характер на себе.

Итак, медовый месяц проходил своим чередом. Единственное, что немного огорчало Софи, – это то, как незаметно, но весьма искусно Джулиан очаровывал ее по вечерам.

Само собой разумеется, он не собирался проводить три месяца в холодной одинокой постели. Он надеялся, что соблазнит ее гораздо раньше условленного срока. Но все бы так и продолжалось, если бы она не заметила его растущего пристрастия к послеобеденному вину.