Сладкая месть

Вдобавок к чертам юного Адониса он обладал еще и собственным неповторимым шармом.

– Да, оправился, – бодро заверил ее брат. – Через пару минут уезжаю в Лондон. Отличный день для прогулки верхом. Если у тебя есть какие-нибудь поручения для Давенпорта, с удовольствием передам их. Собираюсь обогнать почтовую карету по дороге в город – я даже заключил пари с Пирсоном!

Эмили покачала головой:

– Нет, сегодня для мистера Давенпорта у меня поручений нет. Разве что на следующей неделе, когда мои корреспонденты в Эссексе и Кенте сообщат о видах на летний урожай бобов и я приму кое-какие решения.

Чарлз пренебрежительно наморщил точеный нос:

– Бобы… И как ты только можешь заниматься такой чепухой, как выращивание бобов? Это же жуткая рутина!

– Полагаю, не большая, чем производство железа, добыча угля и урожай зерновых, – парировала она. – Меня весьма удивляет, что ты сам перестал интересоваться подобными делами. Все, чем ты наслаждаешься в жизни, – от твоих шикарных сапог до прекрасного жеребца, которого ты купил в прошлом месяце, – результат внимательного отношения к столь скучным вещам, как выращивание бобов.

Чарлз улыбнулся и, подняв руки вверх, встал:

– Прошу тебя, хватит читать мораль, Эм. Пожалуй, это еще тоскливее, чем бобы. Кстати сказать, новый жеребец действительно прекрасное животное. Отец помог выбрать его на аукционе «Таттерсоллз», и не тебе мне объяснять, какой у отца глаз на породу.

– Да, но это очень дорогой жеребец, братец.

– Считай мою покупку вложением капитала.

Эмили улыбнулась ему с затаенной грустью:

– Передавай привет папе и Девлину. Мне даже захотелось поехать с тобой в Лондон.

– Глупости. Ты же говоришь, что чувствуешь себя лучше всего здесь, в деревне, где всегда есть чем заняться. – Чарлз направился к двери. – Сегодня четверг. У тебя собрание литературного общества, не так ли? Ты ведь не можешь его пропустить?

– Да, пожалуй.

– До свидания, сестрица.

Эмили подождала, пока дверь библиотеки закроется за братом, и лишь тогда подняла «Журнал для джентльменов» с письма Траэрна. Она улыбнулась от удовольствия, приступая к чтению написанных изящным почерком строк:

«Моя дорогая мисс Фарингдон!

Боюсь, письмо покажется Вам очень коротким, но смею надеяться, Вы простите мне мою спешку, когда узнаете причину.