Жизнь за корону

До свидания…

Обе фигуры беззвучно растворились в темноте царскосельских садов…

– Ваше высочество, – слышался где-то сзади голос фрейлины, которая пыталась вернуть Като в ее комнаты. – Выше высочество, где вы?

Но восьмилетняя Като уже отлично знала все дворцовые переходы и закоулки, чтобы надежно спрятаться от своих воспитательниц. К тому же сегодня всем было не до нее: через несколько минут начнется церемония обручения старшей сестры, Александры, с королем Швеции Густавом. Сама невеста, ее родные и все придворные уже собрались в тронном зале, ждали только императрицу Екатерину и молодого короля.

Като проскользнула в зал и надежно укрылась за пышными складками парчового занавеса, почти закрывавшего огромное окно. На широком подоконнике можно было сидеть даже с ногами, а в узкую щелку портьеры, щедро расшитой золотом, видеть и слышать практически все, оставаясь невидимой. Теперь нужно было только подождать начала церемонии, а уж терпения у великой княжны было предостаточно, равно как и упрямства.

Девочка поудобнее устроилась в своем убежище и вздохнула. Как невыносимо оставаться ребенком в глазах окружающих! Скорей бы ей исполнилось хотя бы двенадцать лет, чтобы ее одевали как взрослую барышню, а не как куклу, с этими идиотскими панталоничками, короткими платьицами и прочей ерундой. Даже серьги ей пока еще не разрешали носить: только маленькие золотые колечки, чтобы не заросли ушки. Тоска…

Да, скорей бы подрасти! И тогда бабушка, императрица Екатерина, наверняка найдет ей самого лучшего жениха на свете: молодого принца, а лучше – короля, повелителя какой-нибудь сильной державы.

А как хороша Александрина сегодня! В белом длинном платье, расшитом серебряным позументом, с бриллиантовой диадемой на темно-русых волосах… Чудо, как хороша! Ведь ей еще только тринадцать лет, а она уже красавица, и с каждым днем все хорошеет и хорошеет.

Като было известно, что милая Александрина, хотя и знала о своем женихе только с чужих слов и видела его портрет, похоже, уже любила его чистой, первой юношеской любовью. Да и слышала она о своем нареченном только хорошее.