Затерянные в лесах

Идти дальше бесполезно. Неизвестно, что в том лесу.

Развели несколько костров на камнях, стали готовить еду на всех. Боянка легла на траву. Рядом – дочь, которая посасывала грудь. В стае не стеснялись такого. Кормление детей считалось естественным явлением.

Рядом сел муж и брат, оба словно по команде посмотрели на луну, которая восходила на небосвод.

– Давно не оборачивался. Душа охоты просит, – сказал Богучар.

– Ещё какое-то время придётся потерпеть. Сейчас не до охоты, брат. Ещё две недели и хмурень закончится.

Нужно успеть хоть один дом построить, чтобы детей в н?м поселить. Мама была права. Чувствую, листопад будет т?плый для этих краёв. Природа буквально шепчет об этом. Полузимник начнёт своё брать да с лихвой. Многое нужно сделать до этого месяца. Хотя бы детей и стариков где-то поселить, – поведала Боянка.

– Когда снег выпадет, сестра? – просил Богучар.

– В этом году позже обычного снежный покров окончательно ляжет. В день Марены уже таять ничего не будет. Поэтому у нас почти весь полузимник в запасе.

Будто сам Добран, покровитель оборотней, благоволит нам.

– Значит, будем и в полузимник трудиться. Животных тоже нужно определить куда-то, – сказал Дарко.

Агидель уснула. Боянка аккуратно передала ребенка мужу на руки.

– Не ходите за мной. Я скоро вернусь.

Она встала и пошла по полю. Теперь было понятно, почему этот лес назвали Чернолесье. Там густо росла северная сосна, закрывая своими макушками небо, из-за чего внизу всегда было затемнение. Сейчас и вовсе ночь надвигалась.

На поляне ещё было достаточно светло, а вот лес казался т?мно-зелёным пятном.

Боянка подошла к краю поляны и остановилась, вглядываясь в даль. Из темноты на неё глянули светящиеся глаза. Холодом повеяло и ветром студ?ным щ?ки тронуло.

– Будь здрав, батюшка Лесовик. Не гневайся, с миром идем. От ворога лютого прячемся. Пропусти на свою территорию. Дозволь дома построить. Обещаю, не тронем дичи больше, чем для прокорма надобно. Не будем рубить лес зазря. Посадим десять деревьев взамен одного, павшего от руки нашей, – тихо сказала Боянка.

Она прикрыла глаза и будто в забыть? впала. Перед взором возник дедушка в льняных одеждах с вышивкой. В руках палка, а ней ворон сидит.

– Сердце у твоего народа чистое. Знаю, с миром пришли. Бродят по лесу духи неупокоенные. Те, кто сгинул здесь в разные времена. Брали больше, чем надобно. Пушного зверя губили поч?м зря. Вот и сгинули в этих местах окаянные. Народ пугают. Не ходит в Чернолесье больше никто.