Императрица по случаю

Александр поцеловал невестке руку, а мы просто расцеловались. Ну да, мы же были очень близки, пока Анна не сбежала от своего экстравагантного супруга обратно к родителям.

С некоторым запозданием до меня дошло, что мы непринужденно общаемся… по-немецки. По-видимому, мне оставили не только письменные навыки, но и устные. Никто не испытывал никакой неловкости: судя по всему, все присутствующие прекрасно знали этот язык.

– С выздоровлением, Лиз, – подошла к нам великая княжна Александра. – Нам вас не хватало.

– Да, очень не хватало, – нежным голосом подтвердила великая княжна Елена.

Я уставилась на нее во все глаза: таких красавиц мне еще видеть не доводилось. Она просто зачаровывала.

– Вы стали еще красивее, Элен, – наконец смогла я сказать.

Та лишь застенчиво улыбнулась в ответ.

В этот момент от дверей раздался возглас лакея:

– Их императорские величества!

Я невольно схватила руку Александра. Тот успокоительно сжал мою: мол, ничего, я рядом, все нормально.

– Делай, как я, – почти не шевеля губами прошептал он.

В столовую вплыла императорская чета, и я чуть не ахнула от изумления. Император, которого книги и фильмы изображали маленьким сморщенным старичком, оказался весьма моложавым мужчиной среднего роста, здоровым цветом лица и добрым (!) взглядом. Рядом плыла пышная бело-розовая красавица с замысловатой прической из прекрасных светло-русых волос, алыми губами и большими голубыми глазами. Никогда бы не поверила, что эта еще молодая женщина родила десятерых детей! На вид ей было лет тридцать.

Александр шагнул навстречу родителям, склонился в почтительном поклоне, а потом поцеловал руки. Сначала отцу, потом – матери.

– Папенька, маменька, надеюсь, вы в добром здравии.

Ответом ему был милостивый кивок. Я подошла следом за мужем, стараясь унять противную дрожь в коленках. Реверанс удалось сделать более или менее прилично. Теперь – обряд целования рук.

– Папенька, добрый день. Маменька, здравствуйте. Прошла ли ваша мигрень?

– Благодарю, Лиз, – почти благосклонно произнесла императрица.

– Совсем здорова, маменька.

– Ну и Слава Богу, слава Богу, – скороговорка императора.

Тут с приветствием подошла Аннет, за нею – княжны. Дочерей император целовал в лоб, невестки такой чести не заслуживали.

– К столу, прошу к столу, – отрывисто бросил Павел. – Откушаем, что Бог послал.

На этот раз Бог послал куриный бульон с сухариками и отварную курицу с рисом.