Странники ночи 2. Магия мёртвых

Ким начал судорожно хватать ртом воздух, стараясь сдержать позывы рвоты.

– Сюда, – кивнул Вик на коридор. – Здесь должна быть лестница на второй этаж.

Дети по большой дуге обошли обезглавленное тело, продолжающее ворочаться на полу, и подбежали к проёму входа. Опирающаяся на плечо подростка женщина тяжело хромала, почти падала, но старалась идти сама.

– Откуда он взялся? – хрипло выдохнул Ким.

– В кладовке сидел, – безразлично пожал плечами чужак. – А сейчас видимо решил прогуляться.

– Ты знал, что он в доме! – обвиняющи воскликнул парень.

– Знал. И что?

Ким только скрипнул зубами и первым двинулся вглубь дома.

– Ты очень смелый или глупый? – Вик оттолкнул его, напряжённо прислушиваясь к целенаправленным шагам по ступеням крыльца и к пока ещё не уверенным ударам в ставни окон. Входная дверь за их спинами вдруг дрогнула, затряслась.

– Быстрее, – Вик вспомнил, где видел подъём на второй этаж – как раз перед спальнями. Он подхватил под руку Лирту, освобождая этим ели бредущего под её тяжестью подростка, отыскал взглядом всех детей и двинулся в нужном направлении.

Лестница оказалась узкой со скрипучими деревянными ступенями. Второй этаж встретил ярко освещённым коридором, так что после полумрака остального дома пришлось на ходу зажмуриться, вновь привыкая к солнечному свету. Он лился из большого окна на противоположной стене и из широко распахнутых дверей четырёх комнат.

Вистолец усадил женщину на пол и быстро оббежал все комнаты, в результате его выбор пал на дальнюю от лестницы.

Туда он и оттолкал собратий по несчастью. Не особо прочную на вид дверь пришлось загородить шкафом и подпереть диваном. Лишь после этого Вик выдохнул и позволил себе оглядеться.

Комната была просторной, с небольшим количеством мебели. Но главным здесь являлось окно, выходящее на задние дворы, а прямо под ним находилась крыша хозяйственного пристроя, что и послужило причиной выбора данного помещения.

Лирта сама добрела до большого кресла и тяжело в него опустилась. Вик внимательно к ней присмотрелся.

Лицо было очень бледным, черты заострились, а от раненого плеча на шею выползли синеватые прожилки. Он лишь сжал кулаки, нужно было проверить путь дальше, но вид женщины не позволял оставить детей с ней наедине.

Он тяжело вздохнул, ухватил за руку лекаря и оттащил за собой в угол у окна.

– Есть разговор, – пояснил он тихим шёпотом ничего не понимающему подростку. – Серебра много набрал?

– Всё что было, – тот растеряно кивнул.