Искушение

Но я действительно предпочитала бы обсудить с вами охоту на воров.

Гидеон улыбнулся:

– Да, понимаю. Но вы должны довериться мне в этом деле.

На следующее утро Гарриет проснулась до рассвета. Встала не сразу, оживляя в памяти события прошлого вечера. Тетушка Эффе была взволнована и испугана, когда ее представляли знатному виконту Сент-Джастину. Но держалась с восхитительным спокойствием. Она ничем не выказала своего смятения. Фелисити вела себя как всегда непринужденно.

Гидеону удалось как-то сгладить впечатление от своего вызывающего поведения на балу тем, что он исчез тотчас, как представился Эффе и Фелисити.

Едва успел он раствориться в ночи, переполненный зал взорвался взволнованными голосами. Гарриет прекрасно понимала, что все любопытствующие взоры направлены на нее.

По дороге домой в экипаже Эффе без умолку говорила о случившемся.

– Местное общество правильно называет его странным и непредсказуемым, – в сотый раз повторяла она. – Только вообразите – заказать вальс, не спросив разрешения общества, а затем выбрать тебя одну, Гарриет.

– Наоборот, – отозвалась Фелисити, – я ему очень благодарна. Теперь вальс войдет в жизнь Аппер-Биддлтона, и уж в следующий раз мы точно будем его танцевать. Он моден в Лондоне, тетя Эффе, по крайней мере так говорят.

– Но это не относится к делу, – заявила Эффе. – Я убеждена, что миссис Стоун и другие правы: милорд опасен, он именно так и выглядит.

Гарриет подавила зевок.

– В чем дело, тетушка Эффе? Заботитесь о моей репутации? Я думала, вы уже считаете меня в полной безопасности из-за моего преклонного возраста.

– Что-то мне подсказывает, дорогая моя, что любая женщина не может чувствовать себя в безопасности в присутствии этого мужчины, – проворчала Эффе. – Миссис Стоун называет его Чудовищем. И у меня нет полной уверенности, что она ошибается.

– А я чувствую себя в полной безопасности, – заявила Гарриет. – Даже когда мы танцевали вальс.

Но она обманывала тетушку. И сама это понимала. Она вовсе не чувствовала себя спокойной в руках Гидеона. Скорее совсем наоборот. И она наслаждалась тем опасным волнением, которое овладело ею, когда он кружил ее в вальсе.

Гарриет поняла, что больше не заснет. Но было еще так рано, и в доме вряд ли уже кто-то пробудился.