Искушение

Гарриет уже привыкла к его хитростям. Охотники за окаменелостями – люди беспринципные, и она держала ухо востро с такими экземплярами рода человеческого, как мистер Винэбл.

– Добрый вечер, мисс Померой. – Мистер Винэбл чопорно склонился над ее рукой. – Не доставите ли мне удовольствие, позволив угостить вас чашкой чаю?

– Благодарю вас, сэр. Это было бы просто замечательно. – Гарриет поднялась и разрешила повести ceбя к столу с закусками, где он быстро подал ей чашку чаю.

– Как поживаете, дорогая моя? – В улыбке его угадывалась лесть.

– Я работаю в пещерах только в свободное время, – ответила Гарриет с вежливой улыбкой. – Вы же знаете, как это бывает, сэр. У нас очень много забот по дому, и на занятия любимым делом совсем не остается времени.

Глаза Винэбла блеснули. Он знал, что она лжет. Старая игра, известная им обоим с незапамятных времен.

– Я, помнится, говорил вам, что намерен повидаться с коллегой в Королевском обществе и вручить ему документ о находках в наших местах.

Гарриет бросила на него настороженный взгляд:

– Нет, вы ничего не рассказывали. Так вы намерены подать сведения в Общество, сэр?

– Должен признаться, я не очень серьезно отношусь к составлению документа, ибо сейчас перегружен работой. – Он в один прием проглотил маленький сандвич. – Для такого рода дел нужно время.

– Ну и хотя бы несколько интересных, необычных образцов, – холодно подчеркнула Гарриет. – А вы обнаружили что-то достойное внимания?

– Да так, одна-две находки.

Гарриет улыбнулась:

– Увы, мне нечем похвастаться. В последние дни у меня практически не было времени заниматься изысканиями.

Винэбл явно искал возможность разузнать хоть что-нибудь еще, но вдруг в комнате воцарилась необыкновенная тишина. Гарриет с любопытством обвела глазами зал. Музыка смолкла, но даже не в этом была причина неожиданной захватывающей тишины.

– Бог ты мой! – испуганным тоном воскликнул пораженный Винэбл. – Сент-Джастин собственной персоной. Что этому дьяволу здесь нужно?

Взгляд Гарриет метнулся к дверям через переполненный гостями зал. Гидеон стоял на пороге, точно ночное хищное чудовище, ошеломленное количеством добычи.

Он был во всем черном – от блестящих ботфортов до безупречного черного сюртука.