Надежды разбитые как стекло

– Андрей, вбей в навигатор гостиницу «Парк Инн». Она здесь лучшая. К тому же рядом круглосуточный Макдоналдс, – сказал Эргаш.

–Собираетесь, есть фастфуд, шеф? – удивлённо спросил Юра.

– Ночью ресторан при гостинице закрыт. В пять часов жду вас в вестибюле отеля, – безразличным тоном сказал Эргаш.

Лиля удивилась. Охрана никак не прокомментировала нечеловеческие условия труда. Они как рабы, молча, выполняли всё прихоти хозяина. «Ещё бы им немало денег платят, да и в ресторане Эргаш оплачивал их обед. Преданные парни, с ними даже не сговоришься, и жалости от них не дождёшься», – с грустью подумала Лиля.

В гостинице Эргаш снял два отдельных номера напротив друг друга. Потом у того же администратора заказал ужин прямо в номер. Расторопный юноша в униформе проводил их до номеров. Лиля на дрожащих ногах зашла в комнату. Она была довольно большая, отделанная зелёными обоями. На полу лежал такой же ковёр. Эргаш поставил свой чемодан в углу, проигнорировав массивный шкаф купе. Потом сразу пошёл в уборную.

– Можно сходить в душ, если хочешь, пока ужин не принесли. Там есть два банных халата. Розовый твой. Думаю, не стоит спать в платье, – произнёс мужчина, даже не глядя в её сторону.

Лиля решила, что какое-то время побыть одной не мешает. Даже если это всего лишь принятие душа. Здесь она дала волю слезам. Шум воды заглушал её тихие всхлипы, а в голове была только одна мысль: «Хоть бы не тронул».

Когда она вышла в комнату, на столе были расставлены несколько тарелок и чашки с чаем. По правде говоря, есть хотелось. В обед она мало поела, и теперь организм требовал своё. Сев напротив мужа Лиля принялась за еду, чувствуя, как за ней наблюдают. Вилка в руках дрожала, но девушка изо всех сил старалась сдержать рвущуюся наружу панику.

– Всё, теперь спать, – улыбнулся Эргаш, отодвигая свою тарелку.

Он подошёл к креслу и стал раздеваться, складывая на одном из подлокотников свою одежду.

– Чего ты на меня уставилась? Ложись в постель, – ледяным тоном произнёс Эргаш, расстёгивая ремень на брюках.

Губы девушки задрожали, и она понеслась в уборную. Закрывшись там, Лиля села прямо на кафель, облокотившись о двери. Страх и паника накатили новой волной и, казалось, накрыли по самую макушку.