Больно

Тридцать два года. Родился в роддоме номер один нашего города. Мать от него сразу отказалась. Он воспитывался в детском доме. Ходил в школу недалеко от него. Был одноклассником вашей жены. В армии служил. Подписал контракт. Воевал в Чечне. Имеет награды и ранения.

– Воевал? – удивился Миша, Оля об этом ему не рассказывала.

– Да. Он три года служил по контракту. После устроился на работу в тогда ещё милицию. Работал опером несколько лет. Получил однокомнатную квартиру. Потом устроился работать в фирму «Чирута».

– Знаю. Общество с ограниченной ответственностью «Чирута» принадлежит его одноклассникам и друзьям Вячеславу и Леониду Чигинским, – махнул рукой Миша.

– У вас устаревшая информация. Три года назад фирму переделали на открытое акционерное общество. Леонид и Вячеслав Чигинские имеют по сорок пять процентов акций. Станислав Татаринцев – десять процентов. По сути, он совладелец фирмы.

– Чего?! – воскликнул Миша от шока. – Вы когда-либо видели, чтобы владелец компании дарил своему безопаснику долю в фирме? Не накопил же Татаринцев на покупку акций? Даже десять процентов стоят хороших денег.

– Лично я таких подарков не припомню. Татаринцев не бедствует. Живёт в престижном коттеджном посёлке. Он не снимает жильё. Продал квартиру и купил. Периметр его дома увешан камерами. Поставлены профессионально, слепых зон нет. Через забор незамеченным не перемахнуть.

– А что по поводу службы и работы? – спросил Михаил, нервничая всё больше.

– У меня есть пара знакомых в том отделение, где работал Татаринцев.

Они говорят, что когда он ушёл, все жалели. Не знаю как, но Стас мог выбить показания у подозреваемого, не прибегая к избиению. Его взгляда даже сослуживцы боялись. Он производил впечатление хищника, который в любой момент готов перегрызть глотку. Татаринцев имеет разрешение на ношение огнестрельного оружия. Хорошо стреляет с двух рук. У него потрясающая меткость. Что касается его работы на Чигинского, то мне с трудом удалось установить, что он не просто начальник службы безопасности. Он в буквальном смысле «правая рука» Вячеслава. Тот брату так не доверяет, как Татаринцеву.

– Во дела. Интересная личность этот Татаринцев.

– Ещё какая, – усмехнулся Вронский. – Официально он не привлекался. Даже свидетелем ни по одному делу не проходил. Из источников в криминальных кругах, которым я бы не сильно доверял, у него и Вячеслава были т?рки с авторитетом Ростиславом Романовым по прозвищу Ростик.