Безрассудство

У меня мурашки бегают по коже при мысли, что придется встречаться с ним за завтраком каждое утро на протяжении всей моей жизни.

– Не будь идиоткой! Килбурн достойный и порядочный человек. Я имел в виду Уальда.

– Ох!

– Дьявол, он действительно направляется к нам. Какая наглость! Феба, я должен с ним разобраться. Сейчас же найди Мередит: при виде его она может переволноваться.

– Не понимаю, почему ты так суетишься? – возразила Феба. – Да и отсылать меня поздновато: Уальд совсем рядом.

– Я не собираюсь представлять тебя Уальду, – сквозь зубы процедил Энтони.

Габриэль остановился перед Фебой и ее братом. Не обращая внимания на Энтони, он взирал на свою жертву с нескрываемым вызовом в сверкающих зеленых глазах.

– Добрый вечер, леди Феба. Весьма рад видеть вас.

«Да уж, он не будет дожидаться, пока старый враг надумает его представить, – усмехнулась Феба. – Надо отдать ему должное. Он без разведки перешел в наступление».

– Добрый вечер, милорд, – ответила она.

– Где и когда вы познакомились? – Энтони с холодной надменностью посмотрел на Габриэля.

– У Амесбэри, в загородном доме. Не правда ли, милорд? – Феба отважно встретила сверкающий взгляд Габриэля. – Помнишь, Энтони, я целую неделю провела за городом?

– Помню, – выдохнул Энтони. – И как было совершенно справедливо сказано, ты не сообщила мне, что успела там познакомиться с Уальдом.

– Там было столько народу, – протянула Феба. Она заметила выражение злорадного ликования на лице Габриэля. Он явно забавлялся происходящим. Лучше поскорее увести его от Энтони, иначе все может закончиться кровопролитием. – Вы хотели пригласить меня на танец, милорд?

– Феба! – Энтони был так потрясен столь вопиющим нарушением этикета, что забыл обо всем. Леди ни при каких обстоятельствах не должна сама напрашиваться на приглашение.

– Не беспокойтесь, Оуксли. – Габриэль подхватил Фебу под руку. – Мы с вашей сестрой неплохо узнали друг друга у Амесбэри. Наверное, уж такая у меня натура, а может, сказываются годы, проведенные вдали от высшего общества. Так или иначе, меня не смущает в женщине то, что другие восприняли бы как верх легкомыслия.

– Вы… вы смеете говорить, что моя сестра легкомысленна?! – вспылил Энтони.