Каждый Наследник желает знать…

– Ваше величество должны понимать, насколько важной является наша миссия, – снова заговорил Иван, тщательно стараясь не думать о мерцающей сети и о том, что он сейчас хотел бы сделать с этим высокомерным, наглым и уверенным в своей безнаказанности казнокрадом-узурпатором. – И поэтому мы желаем подчеркнуть еще раз, что внутренние дела королевства и вопросы престолонаследия имеют для нас второстепенное, или даже третьестепенное значение. Самое главное сейчас для нас… и не только для нас – но и для вас, для них, – распаляясь, он горячо кивнул в сторону придворных волшебников, – да для всего Белого Света! – найти пятого Наследника… или Наследницу… и поспешить к месту встречи с его премудрием магом-хранителем Адалетом.

Издевательская усмешка прозмеилась по губам Тиса, да так и прилипла.

– Старые страшные сказки про Гаурдака и конец света… или как там ваш премудрый старец именует грядущее пришествие этого линялого пугала для детей? Грядущее каждый год на протяжении последней тысячи лет, если я не ошибаюсь, молодые люди? А иногда и несколько раз в году?

– Но на этот раз всё совершенно точно! – не выдержал отряг.

– Он это каждый раз говорит, – насмешливо отмахнулся король. – И вообще, я полагаю, что в Гаурдака не верят теперь даже малыши, которых матери пугают, чтобы те съедали всю кашу.

– Плохо пугают, – набычился Олаф.

Гвардейцы у окон и стен схватились за мечи и арбалеты.

– О, без сомнения! – закинул голову и искренне расхохотался Тис. – Если бы съесть кашу с рассказкой про Гаурдака меня заставлял кто-нибудь вроде вас, ваше величество, я бы пообещал питаться только ей до конца жизни – и, клянусь, сдержал бы обещание!

– Как насчет пообещать питаться до конца жизни чем угодно, и просто рассказать про наследницу Дуба? – ласково улыбнулась Серафима.

– Дались вам сегодня страшные сказки, ваше высочество… – вновь посерьезнел и брезгливо поморщился атлан.

– Почему страшные? – недоуменно поднял брови домиком Ахмет.

– Потому что особа, которую вы вздумали сейчас искать, уже недели три как покоится на городском погосте, – терпеливо вздохнул Тис.

– Так ты уже и её!.. – взревел было конунг, рука его метнулась к топору, сеть взмыла к потолку, мечи выскользнули из ножен, посох вспыхнул пронзительной синевой…

Резкий удар сенькиного локтя под ребра успел оборвать тираду, после которой надо было или предъявлять доказательства, или пробиваться из кабинета и дворца с боем.