Чем дальше в лес…

Казалось, такая возможность просто не приходила в голову автору этих «Приключений», а также авторам прочих «походов», «странствий», «подвигов», «одиссей», «похождений» и прочих «путешествий», когда-либо побывавших в Ваниных руках.

Дабы утвердиться в вере, Ваня достал из переметной сумы любимую книгу и нашел нужную главу. С гравюры на него самоуверенно глянул розовощекий здоровяк в блестящей кольчуге и замысловато изукрашенном шеломе – королевич Елисей, о приключениях которого и повествовалось на четырех тысячах страниц этого фолианта.

Дорога, ведущая направо, терялась в поле, где, насколько хватало глаз, скучная желтоватая растительность покрывала всё пространство от края до края. Другая, попетляв среди холмов, скрывалась в лесу в полуверсте от перепутья. Никакого преимущества одного направления перед другим царевич не находил, кроме одного: лес обещал некоторое разнообразие и прохладу.

Это и оказалось решающим. Царевич сурово нахмурился, сделал и оставил попытку выпрямиться, вместо этого просто подбоченился и резко пришпорил коня, как Елисей делал это раз по пять на каждой странице. Флегматичный Бердыш, разморенный жарой и не ожидавший столь внезапного пробуждения от своих лошадиных грез, встал на дыбы – и понесся стрелой, поднимая тучи пыли, которые долго еще не оседали и после того, как конь и вцепившийся ему смертной хваткой в гриву всадник[6 - Судя по позе и выражению лица, явно не предвидевший такой бурной реакции на свое, казалось ему, безобидное телодвижение.

Через полверсты природное миролюбие скакуна взяло верх, и он снова перешел на размеренную трусцу. Иван выровнял себя в седле, морщась и вздрагивая от боли в натруженных ягодицах. Постепенно ему становилось ясно, что час конных прогулок с матушкой вокруг дворца[7 - «Нет-нет, мальчики, Ванечка с вами на охоту не поедет, вы просто не понимаете, какой он слабенький, с его здоровьем себя нужно беречь, а вы уезжаете слишком далеко и надолго…»] и настоящее путешествие отличаются как деревянная лошадь от настоящей.