Все мы злодеи

– Медальон с магическим камнем. Как старомодно, – прокомментировал Рид. – Где ты его взяла?

– Мама подарила.

Его передавали по другой линии ее семьи, большая часть членов которой жила в больших городах на юге. Иногда Изобель забывала, что за пределами Ильверната существует волшебный мир с собственными сказками.

– Как-то слишком элегантно для Макасланов, не находишь? – Заклинатель повернулся к Изобель и посмотрел ей в глаза. Рука Изобель замерла над страницей с Объятьями жнеца, но в комнате царил такой беспорядок, что Рид, кажется, не заметил, что она рылась в его вещах.

– Скажи-ка, принцесса, – усмехнулся он. Услышав прозвище, Изобель напряглась. В отличие от детей из других семейств, принимающих участие в турнире, – более уважаемых, чем ее собственное, – она росла вовсе не в сказочной атмосфере. – Ты действительно думаешь, что если победишь, твоя семья будет распоряжаться высшей магией лучше Лоу?

«В следующий раз, когда Блэры или Торберны назовут нас пиявками, – прохрипел ее отец, – они пожалеют.

– Кто угодно будет лучше Лоу, – уклончиво ответила Изобель.

Рид глухо засмеялся.

– Но разве ты пришла сюда не для того, чтобы попросить меня выбрать тебя?

– Так и есть. Но вы этого не сделаете.

– Что ж, вы, Макасланы, по крайней мере, не перегоняете из пустого в порожнее. Этого у вас не отнять.

Изобель уже была готова к отказу, но это все равно было больно. Рид принял решение задолго до того, как она переступила порог его магазина.

– Если вы выберете не меня, то кого? – спросила она.

Рид уже снова согнулся над магической доской. Ее вопрос ему явно очень не понравился.

– Семь прогнивших семейств в ничтожном городе сражаются за право обладания самой могущественной магией, которая осталась в мире. Почему кто-то из вас ее заслуживает?

Изобель не знала, что на это ответить, – так же, как не знала, что говорить бесчисленным журналистам, которые задавали ей тот же самый вопрос.

«Разве мы для этого тебя растили? Для того, чтобы ты отказалась от своей крови и плоти тогда, когда нам нужна?»

– Спасибо, что позволили посмотреть, – хрипло сказала Изобель. Звук ее голоса заглушил звук, с которым она вырвала из гримуара страницу с рецептом Объятий жнеца и убрала ее в сумочку.

3. Гэвин Грив

Моя семья – доказательство того, что кульминация нужна даже самым печальным историям.