Ювелирная работа

– Тут человек лежит весь в крови. Похоже, уже мертвый, – объяснила она.

– Какой человек? Где лежит? Ты откуда звонишь? – сыпались вопросы майора. Он повысил тон и тем самым мешал Ларисе связно рассказать о случившемся.

– Здесь, – ответила Лариса и продиктовала Карташову адрес.

– А ты что там делаешь? Постой, он что, твой знакомый? – Олег Валерьянович, получивший звание майора во многом благодаря Ларисе, увы, не слишком продвинулся в развитии своих аналитических способностей и временами задавал ненужные и, главное, неуместные вопросы.

– Ну, не то чтобы знакомый… ну, не знаю, – она замялась. – Я его второй раз в жизни вижу. Короче, тут я и он. И все.

Внутри Ларисы закипало раздражение от непонятливости и занудства, которыми, по ее мнению, страдал майор.

– А как хоть его зовут, ты знаешь?

– Гусько Виталий Павлович. Это хозяин квартиры.

– Ладно, жди меня там и ничего не трогай, я тебя прошу. Сейчас вызову дежурную группу и подъеду. Сможешь подождать?

– Хорошо, только давай побыстрее, а то мне тут как-то одной не по себе, – попросила Лариса.

– Ладно, ладно, – пообещал майор и еще раз наставительно повторил: – Ты только ничего там не трогай!

* * *

Стоя в чужой квартире, растерянная Лариса не знала, что ей делать дальше. Не трогать – так не трогать. Что, так теперь и замереть, как памятник выдающейся личности посреди городской площади?..

«Нет, это все-таки хорошо, что среди ее знакомых есть такой человек, как Олег, – подумала она.

Мало-помалу, несмотря на неординарность ситуации, к Ларисе вернулись хладнокровие и уверенность, присущие ее неугомонному характеру. Осторожно, но в то же время энергично шагая, она первым делом двинулась к входной двери и, кулаком прикрыла ее поплотнее, но не до конца. Затем принялась обследовать квартиру.

На первый взгляд все кругом было вполне обычно. В комнатах и на кухне царил почти что образцовый порядок.

Лариса вновь подошла к трупу Гусько. Внимательно осмотрев его, она пришла к выводу, что хозяина, чувствовавшего себя в совершенной безопасности под сенью подвесного потолка, кто-то вдруг, прямо как в страшной сказке, совершенно неожиданно ударил сзади по голове чем-то твердым и тяжелым, раскроив череп. У него, бедняги, наверное, в глазах свет померк быстрее, чем в выключенной электрической лампочке.