За тех, кто в морге (сборник)

Однако Сикамбр, лишь равнодушно скользнув по ней взглядом, пригласил из зала какую-то даму, одетую, словно шемаханская царица.

– Блин! Ну что ты поделаешь? – огорчилась Маринка и надула губки.

– Надо делать выводы, – философски заметила я. – Тебе не кажется, что пора сменить имидж? Видишь, как мужики кидаются на нестандартные гардеробы?

– Пошла к черту, – грустно сказала Маринка и задумалась.

– Зря ты так говоришь, Мариночка, – вмешался в разговор Фима. – Не забывай, в каком обществе сейчас находишься.

Он здесь особенно внимателен.

– Да кто он? – переспросила Маринка, не отрывая глаз от арены.

– Да черт же, кто ж еще?! – улыбаясь, пояснил Фима.

Маринка засопела, но промолчала.

Дама вышла на арену, из-за кулис на колесиках выкатили высокую металлическую клетку, приподнятую на платформе от пола приблизительно на метр. Сикамбр завел даму в клетку, две ассистентки накрыли клетку тканью, Сикамбр сказал что-то вроде «крекс-фекс-пекс» и сдернул тряпочку. Дамы в клетке уже не было, она исчезла.

Маринка охнула и зааплодировала, зал ее нехотя поддержал, после чего Сикамбр уже под более бурные аплодисменты зала обнаружил свою даму, сидящую в первом ряду совсем недалеко от нас.

Когда Сикамбр стал рассказывать про то, как он все это сделал, то получалось совершенное надувательство. Клетка, как оказалось, выезжала на особой конструкции, между четырьмя ножками которой были установлены зеркала под наклоном внутрь, поэтому создавалось впечатление, что между ножками ничего нет – ведь там отражался пол.

Дама, исчезнувшая в клетке, вовсе не исчезла, а провалилась в ящик под клетку и потом вылезла оттуда, а та, которая сидела в зале, просто была на нее очень похожа и одета так же.

Не знаю, как Маринке, а мне стало даже обидно – всю жизнь веришь в чудеса, а потом все оказывается секретным ящичком и женщиной, свернувшейся в нем калачиком.

– Ну а теперь, дорогие коллеги, – объявил Сикамбр, размахивая руками, словно он на самом деле невесть какой волшебник, – я продемонстрирую почти такой же номер, только с небольшим усилением.

Уже пострадавшую от меня даму я беспокоить больше не буду, а приглашу кого-нибудь другого… На этот раз постороннего человека!

Маринка обиженно засопела, а я в это время смотрела на арену и заметила, что Сикамбр движется в нашем направлении. – Посторонний человек в их номер и не попадет, – продолжала бухтеть Маринка. – Они знаешь как боятся посторонних!

– Угу, – ответила я, кивнув, – догадываюсь.