Тень на плетень

Это сообщалось по телевизору, – пролепетал он, жалобно заглядывая мне в глаза. – Как раз в том месте и примерно в то время, по нашим расчетам, произошло открытие временного канала, и этот Будников мог провалиться в любое другое время и не вернуться из него. Или вернуться, но с полной потерей памяти. Это мне весьма интересно.

Я даже прикурить забыла, услышав о столь неожиданной версии событий.

– То есть вы думаете, что здесь… как бы это… – медленно проговорила я, подыскивая нужное слово, – нечисто?

– Вот именно! Вот именно! – радостно воскликнул Розенкранц.

 – Термин не совсем точен, но он отлично отображает суть явлений. Нечисто! И я…

В этот момент в кабинет вошла Маринка. Не знаю, что ей понадобилось, но я ее приходу искренне обрадовалась. Она могла меня выручить и избавить от этого мага и астролога.

– Что-то случилось? – с надеждой спросила я.

– Случилось, – сухо ответила Маринка. – Ромка звонил. – И что?

Звонок от Ромки вовсе не был тем событием, о котором можно было бы сказать «случилось».

Я внимательно посмотрела на Маринку: не шутит ли по своей дурацкой привычке? Она не шутила и сразу объяснила все:

– Он в больнице лежит. Сломал ногу. Говорит, что какая-то чертовщина с ним случилась.

– Что? – переспросила я и уже по-другому взглянула на Розенкранца.

Тот, подняв брови, уставился на меня.

– Я поняла, что вам нужно, Игнатий… Игнатий Валерианович, – быстро сказала я. – Поняла и думаю, что смогу вам помочь по мере своих возможностей.

– Буду искренне вам благодарен. – Розенкранц встал и несколько театрально поклонился. – Телефон в визитке указан сотовый, он всегда со мною, так что вашего звонка я буду ждать ежеминутно. И, если позволите, сам нарушу ваш покой… как-нибудь позже…

– Конечно, конечно, – ответила я, – тем более что, с одной стороны, я не вижу ничего из ряда вон выходящего в вашей просьбе, а с другой стороны, не думаю, что для меня это будет большой сложностью, потом… – Я хотела еще сказать, что этим делом я уже и сама заинтересовалась, но решила все же этого не говорить.

А то обрадуется еще, волшебник, и снова зарядит лекцию на час, а у меня уже просто сил нет слушать его разглагольствования.

Розенкранц еще несколько раз поклонился, шаркнул ножкой и наконец исчез. Я перевела дух с облегчением.

– Кто это был? – спросила меня Маринка, когда за Розенкранцем закрылась дверь.

– Потом. Все потом, – ответила я, – что с Ромкой? Рассказывай подробнее.