Сыграем в прятки?

Я поймала себя на мысли, что закурить в присутствии этой мымры я просто не решалась. Очень недовольная собой, я сделала это сейчас.

Влетела раздраженная Маринка.

– Ну как? – с разбегу крикнула она.

Я только махнула рукой, вздохнула и приложила пальцы к затылку.

Маринка подошла и развернула к себе фотографии.

– Дай закурить, – попросила она, присаживаясь на стул.

Я протянула ей пачку. Маринка выбила сигарету и, показывая на фотографии, спросила:

– Это она принесла?

Я молча кивнула.

– А зачем?

– Говорит, что это компромат на жену одного крутого бизнесмена. Жена работала в каком-то варьете до замужества десять лет назад.

Маринка вытаращила глаза и еще раз посмотрела на мой улов.

– Все ясно, – наконец сказала она, прикуривая. – У этой тетеньки от пэтэушников чердак вскипел. Обычное дело, между прочим, среди педагогов. Вот, помню, в школе у нас была одна такая…

Я, не слушая, вытащила из верхнего ящика стола три визитницы и начала перелистывать страницы в поисках визитной карточки Фимы Резовского.

После нескольких гудков трубку взяла секретарша и стала выпытывать, для чего мне нужен Ефим Григорьевич. Я сказала, кто я и где работаю, пояснив, что все остальное предназначено только для ушей Ефима Григорьевича. Метод сработал, и меня соединили с Фимой.

– Привет, Оль! – радостно отозвался он и тут же начал врать: – Я звонил тебе раз десять, а тебя вечно на месте не бывает.

– Ты знаешь, Фимочка, – спокойно проговорила я, – я так устала ждать, когда ты пригласишь меня в кафе, что решила это сделать сама…

Посмотрев на ошарашенную этими словами Маринку, я чуть не рассмеялась и, чтобы сдержаться, затянулась сигаретой.

Фимочка на том конце провода молчал почти десять секунд – для него это весьма приличное время, – но и он очухался.

– Ну наконец-то получилось, – бодро произнес Фима.

– Уступаю напору, – ответила я. – Рулите, мужчина: когда и где.

Фима порулил, и мы договорились встретиться с ним в кафе «Арфа» на проспекте. Но только завтра, потому что сегодня Ефим Григорьевич днем был занят, а вечером очень занят – он, видите ли, шел в театр на концерт Монсеррат Кабалье.