Средство от скуки

Словом, Лина, как всегда, втянула ее в авантюру, и уж несомненно, если этот дом культуры все-таки отыщется, подруга будет вести себя там слишком раскованно.

А Горская вот уже минут пятнадцать, с того самого момента как они вышли из такси, ругалась последними словами, проклиная «эту дуру шизофреничку, которая способна дать инструкции даже по поводу того, где живет сам дьявол, но обязательно что-нибудь да напутает».

Речь шла о некоей особе по имени Оля, которая некогда была соседкой Эвелины и страдала сильной формой шизофрении.

Знакомый Ларисы, профессиональный психолог Анатолий Курочкин, как-то проводил с ней сеансы и пришел к неутешительным выводам.

– Синдром Клерамбо-Кандинского, – развел руками Анатолий Евгеньевич. – Медицина бессильна, я тоже.

– И что же делать? – обеспокоенно заглядывала ему в рот мама Оли.

– А ничего, – спокойно отвечал Курочкин. – Пускай себе живет дальше. В принципе она может себе это вполне позволить.

И Курочкин изложил потенциальные опасности, которые могут подстерегать Олю на ее дальнейшем жизненном пути.

– Бред воздействия – это плохо. Больному кажется, что на него телепатически воздействуют некие злые силы – например, из-за соседней стены, или через телевизор, или даже через случайного попутчика в троллейбусе. Или, к примеру, через канализационные трубы ему посылаются какие-то приказания, исходящие от таинственных парапсихологов или жутко засекреченных лабораторий спецслужб всех стран и континентов.

– Ой-ой-ой, – качала головой обескураженная мама.

– Человек таким образом теряет способность критически мыслить и живет в своем выдуманном бредовом мире, – продолжал Курочкин. – Переубедить его невозможно. Любая информация о том, что парапсихологи в канализации не живут, что там находятся исключительно продукты распада человеческого организма, то бишь дерьмо и моча, подвергается больным тщательной переработке и нередко талантливо вплетается в общую структуру бреда.

– Фу, какая гадость, – морщились родственники шизофренички.

– Это еще ничего, – успокаивал Курочкин. – Это ведь никому не мешает.