Сердце с глушителем

– Давно это было, – произнес Гатауллин. – Мы совсем еще пацанами были, лет по восемнадцать. Секция как раз новая открылась, по боксу. Ну я и пошел туда. И Виталька тоже. Там и познакомились.

– А потом как складывались ваши отношения?

Гатауллин неопределенно пожал плечами, затем, поймав раздосадованный взгляд Ларисы, ответил уже более развернуто:

– Подружились. После тренировок пиво ходили пить, ну, и все такое. Так и пошло.

– А вы давно посещаете этот тренажерный зал?

– Год назад пришел, узнал, что Виталий теперь тут работает.

– А до этого где занимались? – не отставала Лариса.

Гатауллин отвел взгляд в сторону. Затем хмуро произнес:

– Так… Другие дела были.

– Вы сейчас где работаете? – с важным видом вставил вдруг Котов.

Гатауллин выразительно посмотрел на него и прямо ответил:

– Нигде.

– Понятно, – со вздохом констатировала Лариса, решив, что поговорит о Равиле Ринатовиче с самой Алевтиной Федоровной наедине. – А где вы находились во время поездки Виталия в Чехию?

– Дома был, – Гатауллин, казалось, слегка начал раздражаться.

– Вы живете один?

– Да.

– Ну что ж, – Лариса повернулась к Байбаковой. – Алевтина Федоровна, расскажите теперь о своих отношениях с Виталием. Как вы познакомились?

– Познакомились мы здесь, – начала тренерша. – Это было два года назад. Вернее, я здесь тогда уже работала, а Виталий только что пришел. А отношения… Как они обычно складываются у взрослых людей? Не станете же вы слушать, в какие кафе и рестораны мы ходили!

– Нет, конечно, – кивнула Лариса.

– У нас все складывалось довольно гладко и ровно, мы жили без скандалов…

– А вы жили вместе? – перебила ее Лариса.

– Последние полгода. Это уже после того, как мы договорились о свадьбе. Правда, приходилось жить то у меня, то у него, потому что у меня взрослый сын и, к сожалению, он вырос большим разгильдяем, так что я не могу оставлять его надолго без присмотра. Мы когда в Чехию-то уезжали, я волновалась.

– Что, такой ненадежный парень? – удивилась Лариса.

– Да! – Байбакова с раздражением махнула рукой. – Безответственный совершенно. Институт совсем забросил, боюсь, того и гляди вышибут, работать тоже не хочет… Я сама виновата, избаловала его, – призналась она. – Я с мужем очень давно развелась, почти сразу, как Артем родился. Пил он сильно, – пояснила она. – И чувствовала себя немного виноватой, что мальчишка без отца растет.