Сейф для семейных тайн

Котова попрощалась, затем поймала взгляд Городова и сделала ему знак следовать за ней.

– Ну что скажешь, Дмитрий Степанович? – спросила Котова, расположившись в своем кабинете.

– Что тут можно сказать? Кажется, такого у нас еще не было, – крякнул Городов. – Ситуация, прямо сказать, неприятная. Да и хлопотная. Вы мне лучше расскажите, что там с юбиляром случилось?

Дмитрий Степанович прекрасно знал о том, что Лариса Викторовна часто участвует в таких вот расследованиях. В какой-то мере он и сам пристрастился ко всяким происшествиям.

– Ведерского убили. Кто – неизвестно. Рядом валялся утюг, скорее всего, именно им и ударили. Но эксперты потом точно скажут. А больше пока я ничего не знаю.

– Надо же. Кто же так с ним? Прямо в день рождения. Вот и отметил юбилей! – Степаныч помолчал немного. – Ну а мы что теперь делать будем?

– Я думаю, гости уйдут, надо столы разбирать, а потом откроемся. Еще не слишком поздно, может, и придет кто, – сказала Лариса.

– А с горячим, салатами что делать? Торт огроменный?

– Если кто придет, будет чем кормить. Внеси, Дмитрий Степанович, в меню.

– Ладно. Тогда я пошел.

– Конечно.

Котова решила позвонить домой. Узнать, как там Настя. Но трубку никто не брал. «Гулять, наверное, пошла, – решила Лариса. – Ну а что ей дома делать? Знает, что я должна поздно освободиться, вот и пользуется моментом».

На душе у женщины было неспокойно. В большей мере это, конечно, было оттого, что произошел такой случай с Ведерским. И теперь это настроение накладывалось на все. Лариса вдруг отчаянно захотела домой.

Ей пришло в голову, что можно было бы заняться расследованием этого дела. Но, с другой стороны, никто об этом ее не просил. Оставить все Карташову? Пусть сам выясняет, что к чему? Или все же присоединиться к расследованию?

Завтра будет видно. Котова решительно встала и вышла из своего кабинета.

Лариса вошла в зал. Столы уже были разобраны. Чистота, порядок. Играла негромкая музыка.

А вот на кухне все стояло почти вверх дном. Приготовленные блюда были выставлены на боковом столе, на стульях, холодильниках. В стороне стояли огромные сумки, куда складывались продукты и бутылки со спиртным и различной водой, которые надо было отдать семье Ведерского.

Официантки сновали туда-сюда, а Степаныч только и успевал покрикивать.