Секс, ложь и фото

В конце концов, у тебя есть газовый пистолет, на всякий пожарный…»

Александр как будто и не ждал от меня ответа. Он был задумчивым, если не сказать отрешенным. Потом извинился, подошел к барной стойке, о чем-то спросил Пахома и направился к выходу. Тут же к нашему столику подсел Вован.

– Не помешаю? – вперил он в меня бесцветные глаза.

– Здесь занято, – с раздражением ответила я.

– Да ты не думай, – «успокоил» меня Вован, – я Сашку Шилкина сто лет знаю. Хочу кое-что у вас спросить, – он замялся, пытаясь, как мне показалось, подобрать подходящие слова.

– Может, в другой раз, – предложила я, надеясь таким образом избавиться от назойливого завсегдатая.

Но не тут-то было.

– Ты не девушка легкого поведения, – весело произнес он, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Нет, вы не обижайтесь, этих я знаю. У них на лице ровным счетом ничего не написано.

Вот свалился на мою голову, физиогномист несчастный. Знаток. Как говаривал Остап Бендер, таких знатоков нужно убивать из рогатки.

Я не стала реагировать и, поднявшись, прошла к барной стойке.

– Еще кофе, пожалуйста.

Кроме невинной просьбы была у меня еще и надежда, что Вован за это время подыщет какой-нибудь другой объект для беседы. Но через считанные минуты он присоединился ко мне у стойки.

– Пахомыч, – довольно трезвым голосом сказал он, – сотвори-ка мне коктейльчик какой. Не слишком крепкий. Вы от меня не бегайте, – повернулся он ко мне, – я ведь действительно хочу знать…

– Послушайте, Вован, не знаю, как вас там по отчеству, – не выдержала я, – если будете ко мне приставать, я вас застрелю.

– Да, – усмехнулся он, – вы девушка с чувством юмора. Это сейчас большая редкость. Все эти ночные бабочки… У них на уме только как бы подхватить клиента с лопатником, распираемым от валюты…

Я не стала слушать его спич и с чашкой кофе пошла за свой столик. Вован направился за мной, но передумал. Причиной его поспешной ретировки было появление в конце зала Шилкина.

Фамилия Александра была мне знакома. Я только сейчас осознала, с кем сижу за одним столиком. Работы Шилкина выставлялись и в России, и за границей. Из статей, которые мне довелось прочесть о нем, я помнила немного. Он не давал интервью, жил уединенно в каком-то загородном доме, часто бывал в Париже, Праге и Хельсинки. В общем, он был знаменитостью.

– Скучаешь? – Александр сел за столик и залпом осушил остатки мартини.