Самый красивый кошмар

Разносторонне развитый человек получается! – восхищенно воскликнула я. – Есть кем гордиться!

– Гордиться нечем. Денис ни в чем не достиг успеха. Постоянно мыкается то туда, то сюда…

– А чем он занимается сейчас?

– Я перестала интересоваться его делами, – безразлично махнула рукой женщина. – Вроде бы хотел выкупить сеть спортивных магазинов в городе, но мне ничего не рассказывает. К тому же с Денисом мы виделись последний раз где-то с полгода назад.

– Вы разведены?

– Нет. С чего вы взяли? – спохватилась женщина, с тревогой посмотрев на меня.

– А дочь сказала, что Денис Владимирович в командировке, – напомнила я.

– Я ничего об этом не слышала. Машка с отцом видится чаще, чем я. Может быть, он и уехал сейчас куда-нибудь.

– А как же нам его найти?

– Откуда я знаю.

Вот и поговорили! Жена Лапова оказалась не слишком дружелюбной, поэтому от нее мы уходили в плохом настроении.

* * *

К гостинице «Волна» мы с Костей поехали потому, что на данный момент других вариантов у нас просто не было. К тому же меня волновал вопрос: был ли Лапов в седьмом номере в день совершения преступления и к нему ли приходил молодой человек, приехавший на «шестерке».

– Ирина, это Гурьев, – Костя протянул мне трубку радиотелефона, который был у него в салоне.

Результаты посещения квартиры Лапова были неутешительными, но я поделилась ими с Гурьевым.

– Я сейчас тоже к гостинице подъеду, – пообещал Валера. – Дождитесь меня.

Он умудрился приехать к гостинице раньше, чем мы, и я сразу же заметила его одинокую фигуру у входа в «Волну». На стоянке у гостиницы было пусто. Шилов аккуратно припарковался прямо перед входом, и мы вышли из салона автомобиля.

– Сейчас мы все у администратора узнаем, – решительно заявила я и уже направилась было ко входу, как Валера остановил меня.

– Ирина, ничего спрашивать не нужно, – скомандовал он. – Я уже все узнал. В тот вечер, когда Золотовой облили кислотой лицо, Лапов был в своем номере. А теперь, полагаю, нам надо снять соседний с ним. Оттуда можно будет следить.

– Подслушивать? Да ты что! – собралась было возмутиться я, но потом поняла, что другого выхода у нас нет.