Попаданка для короля морей

Грызунов не боялась, но сам факт того, что в корабельных припасах шныряют заразные твари, удручал.

– Где? – тощий и длинный как жердь юнга тут же бросил швабру и подскочил ко мне.

Я указала пальцем на аккуратно сложенные на борту канаты, за которые шмыгнула мерзкая тварь. Парень одним молниеносным движением приблизился к укрытию грызуна – мелькнула в воздухе длинная и толстая рыжая коса – с нечеловеческой ловкостью схватил крысу за хвост и приподнял повыше.

Грызун брыкался, размахивал розовыми когтистыми лапками и сильно раскачивался, отчего изгибались его и без того длинные кривые усы на носу-пимпочке.

– Не бойтесь, леди, – юнга ехидно ухмыльнулся, блеснуло золото чешуи, покрывавшей только правую сторону его лица от виска до шеи. – Он кусает только сородичей. Всех крыс пережрал, мы сначала радовались – избавились, наконец. Потом, когда он один остался, в море выбрасывали. Несколько раз. А он, – парень показательно встряхнул крыса за хвост, – раз – и опять на палубе! Ну мы его тогда в бочку посадили, думали – с голоду сдохнет.

Крыс дернулся всем телом и обратил на меня взгляд розовых бусинок-глаз. Какими-то злобными показались мне его глаза. А может, просто свет так упал. В любом случае, если буду жалеть тут каждого грызуна, кто знает, как долго мне удастся прожить.

Я кивнула с видимым хладнокровием, хоть зверька почему-то стало жаль. Крыс брыкался изо всех сил, цеплялся лапками за края бадьи, в которую юнга упорно запихивал его, но не издавал при этом ни звука: ни писка, ни рыка, вообще ничего. Боролся в полной тишине и с выражением отчаяния на вытянутой морде.

– Погоди-ка, – наконец, не выдержав зрелища борьбы, я махнула рукой, и паренек удивленно уставился на меня. Сдул длинную рыжую волосину со лба и прищурился с ехидцей.

Пару мгновений я молчала в попытках придумать хоть какой-то вразумительный повод не сажать крысюка обратно в бадью, но путного в голову ничего не пришло. Эх, сдается мне, пожалею еще о своем альтруизме. Хотя грызун с такой вселенской тоской в глазах на меня уставился. Даже усы, которые до того бессистемно подергивались, сейчас замерли будто в предвкушении.

– А есть клетка какая-нибудь? Чтобы его, – я кивнула на крыса, – туда посадить.