Охотничий инстинкт

 – И не спрашивай! Конечно, напряженный… И прислониться-то мне, бедному, не к кому.

– Не надо было разводиться, – тут же съязвила Лариса.

– Ну, это кто бы говорил, – слегка обиделся Стас. – У тебя же тоже полный бардак в личной жизни.

– Не бардак, а, наоборот, упорядоченность. В том смысле, что ее нет. Муж в Москве, как всегда, а я – здесь. Тоже, можно сказать, как всегда.

– Вот я о чем и говорю, – снова вздохнул Стас. – А это что? – кивнул он на сцену.

– Не что, а кто, – поправила его Лариса. – Девушки, естественно…

– Я вижу, что девушки, – глубокомысленно произнес Стас и, прищурив глаза, задержал взгляд на одной из танцовщиц.

 – Вижу… Слушай, может быть, хозяйка заведения уважит старого друга и пропустит вместе с ним бокал вина? Под хорошую закуску…

Лариса раздумывала недолго. В конце концов, Стаса она не видела с лета, когда приезжал Евгений и они вместе ездили отдыхать на Волгу. Уже тогда у Стаса были проблемы с женой, и Елена, которая всегда в таких случаях присоединялась к компании, отсутствовала.

А в начале осени Лариса узнала о том, что брак Асташевских, увы, распался. Словом, она решительно поднялась с места, и они направились к его столику. Лариса сама выбрала и вино, и закуску. Она не могла доверить это дело никому другому, даже такому гурману, как Асташевский. В этот вечер она остановила свой выбор на натуральных котлетах из телятины, сделанных по итальянскому рецепту.

– Что же, Евгений снова в столице? – спросил Стас, принимаясь после вина за антрекот.

– Да. Сказал, что сворачивает дела и возвращается назад, в лоно семьи.

Лариса сообщила об этом достаточно равнодушно, хотя… Она не могла дать себе ответ на вопрос о том, желает ли возвращения Евгения в семью или нет. Именно после обещания Котова оставить его московский бизнес и переехать жить в Тарасов, а также после его уверений в том, что жена для него свет в окошке и единственная в жизни настоящая любовь, Лариса рассталась со своим любовником. Она завела его по весне, устав от одиночества и отчасти в пику мужу, о московских амурных похождениях которого была весьма наслышана.

И сейчас, осенью, когда в душе царила грусть, Лариса стала жалеть об этом. Снова одиночество, затворничество в работе… Котов же, даже если и возвратится, вряд ли сможет подарить ей душевное тепло. Об этом она думала еще раньше, во время его пребывания дома. Несмотря на то, что внешне в их отношениях все было нормально, внутренне Лариса чувствовала, что за последние годы охладела к мужу.