Погибать, так с музыкой

Едва я вошла и щелкнула выключателем, как тут же чуть не грохнулась в обморок от неожиданности: посреди коридора стояла взлохмаченная полусонная Маринка с сигаретой в зубах и очень нехорошо смотрела на меня.

– Ты что тут делаешь? – спросила я, понимая, что вечер получился однозначно неудачным…

– Тебя жду! – огрызнулась она. – Ты где это шлялась, мать?

От такой наглости я даже не нашлась, что ответить. Увидев вошедшего следом за мной Фиму, Маринка ядовито проговорила:

– Ну, мне все ясно: руководство гуляет и устраивает свои сердечные дела, а я тут нервничаю, места себе не нахожу, думала, что тебя уже убили пять раз.

– Я сейчас убьюсь в шестой раз от твоих реплик, – хмуро пообещала я и повернулась к Фиме. – Ты хочешь кофе?

Фима оценил ситуацию и как мужчина опытный – я имею в виду опыт, конечно же, судебно-практический, требующий от него быстроты реакции, – покачал головой.

– Нет, пожалуй, не хочу, – вздохнув, сказал он, – а то я долго не усну.

Я кивнула, Фима приторно вежливо распрощался с Маринкой и ушел.

Запирая за ним дверь, я почти твердо решила, что такой вечер нужно будет повторить, а ради бутылки вина и танцев вовсе не обязательно ездить по каким-то там клубам. Все это можно устроить и у себя дома, только без Маринки.

– Рассказывай! – потребовала она от меня, как только я сняла пальто.

Я бросила на нее уничтожающий взгляд.

– Сколько существует синонимов слова «кукиш», не помнишь? – ласково спросила я.

Маринка посопела, но ничего не ответила.

Я хорошо изучила свою многолетнюю подругу: самое страшное наказание для нее – это остаться в неведении относительно каких-нибудь событий, которые она очень хотела бы узнать. Но ее сегодняшнее поведение требовало самого сурового наказания. В самом деле, какого черта нужно было приезжать ко мне домой, если я ее не приглашала?

Как говорится, незваный гость… ну и так далее.

Не перебросившись и парой слов, мы с Маринкой разошлись по своим углам – я в ванную, она в кухню, после чего так же молча пошли спать.

Утро следующего дня было таким ужасным, что и слов не хватает, чтобы описать это.

Во-первых, Маринка без причины, без какого-либо повода и без формального объявления войны, вскочив с постели ни свет ни заря, включила почти на максимальную громкость магнитофон в кухне, и утреннюю квартиру пронзили во всех направлениях малосодержательные речитативы Децла.