Погибать, так с музыкой

Разумеется, Фима не отказался, но старательно попытался изобразить на своей непослушной физиономии равнодушие.

Глава 2

О стриптизе рассказывать не буду: смысл этого лакомства мне непонятен – мне интереснее было наблюдать за Фимой, чем смотреть на сцену: я вела себя мелко и подло. Как только Фима отвлекался от меня и начинал пялиться на голых девиц, я сразу же принималась издеваться над ним. Мне это нравилось, а Фима почему-то дергался. Странно, не правда ли?

Из второго зала было несколько выходов, в том числе и к так называемым удобствам, это мне объяснил Фима.

Мы болтали у стойки бара, когда я заметила выведенного из себя полубандита. Внезапно, улучив момент, когда его беглая подруга уже сменила предыдущего кавалера на другого мальчика и отвлеклась, он схватил ее за руку и, зажав рот, уволок в один из коридоров ночного клуба, еще не изученных Фимой.

Я, наверное, была единственной в этом гудящем зале, кто обратил внимание на исчезновение одной из многих парочек. Скорее всего это было здесь обычным явлением, и люди предпочитали не совать нос в чужие дела.

Однако я как раз и собиралась сунуть. Дернув Фиму за руку, я потащила его за собой.

– Что происходит, о свет очей моих? – удивился он. – Там же ничего нет, кроме туалетов! А вдвоем там делать нечего, они, увы, не персональные… Поэтому – дурной тон и неудобняк.

– Прекрати свои дурацкие шуточки, – прошипела я, – молчи и делай, что говорят!

Фима послушался, помолчал, но всего лишь пару секунд, не больше:

– Но ведь, кроме «прекратить шутить», ты больше ничего не сказала, – проканючил он.

В этот момент мы и влетели в проход. Естественно, следуя по короткому коридорчику, завернули налево и оказались в маленьком закутке, ограниченном тремя запертыми дверями.

Сцену, развернувшуюся перед нами, в принципе можно было предвидеть, хотя я думала, что будет хуже.

Мы влетели сюда молча, и нас заметила только рыжая девица – любительница менять кавалеров через каждый танец и после каждого бокала. Она-то заметила, да только сказать ничего не смогла, потому что потерявший терпение полубандит, прижав ее к стене, крепко сжал ей горло и достаточно вежливо объяснял, как она ему надоела:

– …Или ты прекращаешь свои фокусы и ведешь себя нормально, сука крашеная, или я тебя прямо сейчас и кончаю.

Глазки у девочки увеличились до объема блюдечек, она хлопнула ротиком, и тут подскочила я.