Отмычка к ее жизни

Он как раз докурил сигарету до конца, когда снизу послышалось топанье ног и мужские голоса. А вслед за этим в пролете появились и представители правоохранительных органов. Городов, едва взглянув в лицо идущему впереди милиционеру, сразу зачислил его в разряд своих недоброжелателей, что, в принципе, очень скоро подтвердилось.

– Капитан Молчалин, – представился он.

– Городов Дмитрий Степанович, – отрапортовал Степаныч.

– Вы обнаружили труп?

– Я, – мрачно ответствовал администратор и опустил голову.

Это показалось капитану Молчалину подозрительным, и он продолжил задавать вопросы.

– У него нож в руке был, я сама видела… Вы посмотрите, посмотрите, какие глаза у него! – с некоторой опаской говорила Мария Петровна. – Истинный бандит. Весь подъезд затерроризировал. Живет здесь без году неделя, а безобразничает на полную катушку!

– Вас не спрашивают, – едва сдерживаясь, прокаркал Степаныч.

– А я вам скажу больше – он и меня бы прирезал, – настойчивую Марию Петровну остановить было сложно.

– Да какое прирезать! Что вы ее слушаете, она уже из ума выжила, обезьяна старая! – сорвался-таки Городов.

– Вы брали нож? – строго спросил капитан Молчалин.

– Я? – уточнил на всякий случай Степаныч. – Я?

– Да, вы, вы! – нетерпеливо подтвердил Молчалин.

– Брал, – признался Степаныч.

– Зачем? Это ваш нож?

– Это не мой нож.

– Так, пиши, – обратился к своему помощнику Молчалин. – Нож не его. А чей он?

– Да я откуда знаю? – загорячился Степаныч. – Я только тело перевернуть хотел, чтобы рассмотреть, кто это!

– Зачем? – не отступал Молчалин.

– Вы где живете? – вступил в допрос еще один оперативник. – Работаете где?

– Документы ваши, – послышался еще один голос.

– Слушайте, задавайте свои вопросы по очереди, а то я не знаю, кому из вас отвечать, кто тут у вас главный, – вконец возмутился Степаныч.

– Ваши документы, – махнув рукой остальным, произнес Молчалин.

Степаныч вынул из кармана паспорт и протянул его капитану. Тот очень внимательно сверил фотографию с оригиналом и пришел к выводу, что они очень сильно отличаются. Что было неудивительно, потому что фотография в паспорте Степаныча была двадцатилетней давности. Из скупости он не менял фотографию, хотя ему исполнилось сорок семь и нужно было это сделать уже два года назад.